Красная рожа кряхтела, пыхтела в руках. Взглянув на экран, судорожно задергался, отрицая.

–    Нееееттт, кхе-кхе! - усиленно закашлял, когда я открыл ему доступ к кислороду и разжал руку. Дал сделать глоток и подарил возможность сесть на корточки и отдышаться.

–    А вы видели? - показал экран заморышам позади. Отшатнулись, как будто показал Дьявол, а не красивую девушку. Отрицательно замотали головой, а я лишь цыкнул раздраженно и пнул по колену парня, пытавшегося отдышаться и предупредил:

–    Если увидите — срочно доложить мне!

От ярости и страха запугивал всех (не я один, конечно, шестерок много в университете). Вскоре университет знал - взбешенный Дикарь ищет свою куклу. И смертников среди людей мало, какой-нибудь трус принес бы весточку.

К концу недели люди от меня шарахались. Видели и тут же трусливо прижимались к другой стороне дороги. Кто-нибудь должен был доложить, но никто не докладывал. Значит, она за пределами университета и требовалось расширять поиски, подключать охрану острова. Но как назло проклятая ручка пропала, без нее не надавить на власти.  Черная полоса появилась в жизни! Не просить же унизительно помощи у отца!?  Это еще унизительнее, чем постоянно думать о Кате. Это значит папашке докладывать о своих делах, о своей женщине. С хрена ли я должен отчитываться?

К концу шестого дня я наконец-то ее увидел. О ней доложили запуганные студенты, как я и надеялся. Я испытал не то, что облегчение, что-то большее. Объемное, совершенно глупое, распирающее ощущение, от которого лишь выдохнул: «Наконец-то». Вдобавок дружески хлопнул гонца по плечу, а не ударил по роже.

В Клубе «Розовая Звезда» не против погулять элитная молодежь Международного университета. На третьем этаже собралась половина верхушки «подвала».   Вип-помещение на третьем этаже замкнуто с трех сторон стенами, с четвертой — перила, откуда открывался вид на толпу.  Без приветствий я прошел сразу туда и выглянул.

Наконец-то нашел. За пять секунд нашел белую точку в бесстыдном развратном платье. Сколько безликих черных точек, а она, как одна, на танцполе. Никого здесь. Пустота около нее. Привычный за неделю страх ослабил удавку на шеи и ярость утихла, перестала бушевать. Душить людей не так уж сильно теперь хотелось! Но не долго продлилось ощущение спокойствия. Чья-то гадкая рука дотронулась ее талии и в ответ моя голова взорвалась от перенапряжения. Загудела, заболела, словно по ней колотили много дней без остановки. При виде Кати и ее поклонника ярость еще сильнее взметнулась, угрожая захоронить пол слоем пепла людишек. Музыка орала и глушила, отдавалась вибрацией в теле. Мощная волна задрожала в теле, она никак не утихомиривалась, не успокаивалась и заставлять меня стискивать пальцы на перилах с угрозой их сломать. Ох, сколько минут наблюдал за ними и мечтал сломать железные перила, а лучше бестолковую голову парня.