— Он, вероятно, уже одурманил тебя. Дочка, огонь очень опасен, не прислушивайся к нему. Эта сила коварна и готова залезть в саму твою душу, глубоко и нашептывая тебе неверные мысли.

Гретта приложила ладони к груди.

— Я часто ощущаю его. Он такой спокойный и вовсе не хочет вредить мне.

— Это временно. Когда он наберётся сил, он проявит себя в полной мере.

— Но помнишь тогда? Мои руки были полностью обожжены, а сейчас, посмотри! — она протянула ладони, на которых практически не было ожогов.

— Это не говорит о том, что он действует тебе на благо.

— Но…

— Послушай. — Он подошёл к ней. — Дочка, я не хочу больше потерять тебя. Мы так долго были в разлуке. И теперь я готов на всё, лишь бы вновь не лишиться тебя. И позволить одурманить твою голову тоже не позволю. Всё, что известно издавна — то, что все ведьмы с такой силой погибали. По своей вине или же от рук других. Если ты продолжишь его слушать, он приведёт тебя к погибели. А я боюсь этого теперь больше всего на этом свете.

Гретта молчаливо опустила голову и внимала каждому слову. Пожалуй, не этого она хотела услышать, но глубоко в душе понимала, что его слова правдивы, хоть и горьки.

— Я услышала тебя, папа. Обещаю, впредь я не буду слушать его. Его отчаянный зов ко мне буду пропускать мимо ушей.

— Это только для твоей безопасности. Что бы ты не решила, я всегда буду на твоей стороне, лишь бы это не угрожало твоей жизни.

— Не переживай, я услышала тебя.

Девушка последний раз окинула все вокруг взглядом и тихо пошла к выходу, оставляя Двэйна, погруженного в свои мысли наедине с каменной статуей.

К вечеру, когда она уже смогла более глубже осознать слова отца и принять их, Гретта смогла успокоиться. Она больше не слышала зова: только тихое волнение, но оно было вызвано не силой, а полученными эмоциями.

Гретель легла в постель и, положив голову на грудь Уолтера, почти засыпала, как он тихо спросил:

— Ты поговорила с отцом?

— Да, ваша взяла. Я откажусь от неё.

Он поцеловал её в макушку. Но не мог видеть полные глаза печали.

Для неё это ощущалось, будто предстоит расстаться с чем-то уже таким родным и дорогим для неё. Возможно, это и правда огонь одурманивает её мысли.

— Я рад, что ты приняла правильно решение. Как только всё закончится, поскорее уедем отсюда. Мне слишком опасно здесь находится, если кто-то узнает, что я тут…