Женщина направилась к мальчишке, и заставила его что-то выпить.

Вернувшись, она присела рядом с дочерью и горько посмотрела на неё.

— Я не должна была этого допускать. — Её руки вцепились в подол платья.

Грета тут же оказалась перед ней, присев на колени.

— Мама, не печалься. — Она провела рукой по её лицу. — Если хочешь, я сейчас сбегаю и наберу ещё трав. Может хоть, что-то другое поможет.

— Постой. Тебе нужно быть крайне осторожной. На улице так много глаз. Если тебя увидят…

— Не увидят, мама. Я пойду в глубину леса — к той дальней поляне. Там всегда много разных трав. Наберу побольше.

— Пойдёшь вечером. Сейчас нельзя так рисковать. Я кое как добралась до дома, пытаясь не попадаться никому на глаза, чтобы не видели, как я выхожу от старушки Мэри.

— Но, если ему станет хуже?

— Не станет, это лекарство должно помочь, хотя бы временно. Оно снимет его жар.

Грета собиралась встать, но мать ухватила её за руку и вернула обратно.

— Послушай меня, дочка. Я как можно дольше старалась избегать этого разговора. Но время пришло. — Её глаза по-особенному заблестели. Голос понизился, словно она собиралась говорить что-то запрещённое.

— Моя мать — Сесилия, была могущественной ведьмой. Она всегда старалась помогать людям — любой ценой. Я была совсем маленькой и помню, что к ней приходило множество людей, за любой помощью. Пока и такое добро не стало запрещённым.

Она перевела дух, словно это слишком тяжёлая для неё тема и продолжила:

— Я не переняла её силу, потому что это передаётся лишь первенцу, точнее первой дочери. — У тебя есть сестра? — Глаза девушки округлились. Она совершенно не знала ничего о своих родственниках. Агнет как-то скорбно нахмурила брови и чуть отвела взгляд от дочери. Будто, что-то скрывала и недоговаривала.

Гретель непонимающе качнула головой.

— Послушай меня, времена были слишком жестокие, и я поклялась никогда не открывать эту тему и не говорить тебе об этом, но…

— Я ведь твой первенец мама… Я твоя дочь и это значит… — девушка подскочила и попятилась с пустым взглядом.

— Но я не ведьма, мама. Этого просто быть не может! — чуть ли не забилась в истерике девушка.

— Тише, тише, милая, — умоляюще запричитала женщина. — В детстве твой дар начал проявляться, и твоя бабушка скрыла это от лишних глаз. Я совершенно не понимаю ничего в этом, но она сказала, что на тебе печать скрытия. Это сбережёт тебя, пока ты юна и не можешь осмысленно владеть своим даром. Но, когда придёт время, эта сила вырвется из тебя и ты будешь не в силах её скрыть. Ты неопытна и рядом никого нет, кто может тебе помочь. И я боюсь. — Она ухватилась за её руки. — Я так боюсь, тебя потерять.