— Ну естественно! Единственная и неповторимая! — возмутилась я, раскинув показательно руки в стороны, — кто еще тебя терпеть будет!

— Вот именно, кто еще со мной нормально разговаривать будет? Ты же единственная девушка, которая на ноге моей не болтается, и великой любви не просит.

— Сдался ты мне! Красота, это не главное в мужчине.

— Вот поэтому, я и с бабушкой твоей работал, она на меня как на подростка смотрела. Ты репутацию то не порти, годами ее нарабатывали, старались.

— Да ты обалдел совсем! Меня из-за твоих заданий, вилами по лесу гоняли, два раза на костре жгли!

— Ты же не сгорела?! — сквозь смех отвечал он, усаживаясь в кресло, что было куплено не для его идеальной задницы.

— Не сгорела, но вилами потыкана знатно! — злости не было предела.

Вот же ба, оставила мне в подарок свои способности перед смертью, агентство по устранению проклятий, и инкуба в придачу. Он проводник по мирам, еще заносчивый и высокомерный тип, на которого вешаются все женщины во вселенной, кроме меня. И это не проклятье на нем, это суть его, истинная.

— Владана, ты пойми, если к тебе магические создания обращаются, значит все перепробовали.

— И кто на этот раз? — сложила руки на груди, и сощурилась, что было сил.

— Сама должна разобраться, — игриво ответил, и зыркнул исподлобья, показывая какой он тут весь из себя.

— Что за мир то хоть скажи!

— Это секретная информация. Тебя проверяют высшие, — красавчик сменил игривый тон, на более серьезный.

— Кто?! Зачем я сдалась, каким то высшим? Я человек!

— Ты потомственная ведьма, а не человек.

— У нас, на земле, это мало имеет значение. Каждая вторая женщина, в этом мире, ведьма. Ты плохо знаешь наш народ!

— Тебя, как и Нюрочку, выбрали для помощи другим мирам и магическим обитателям. Это же привилегия!

— Ну конечно! Я только о привилегии и думала, когда висела в коконе из паутины, и ждала смерти от силанти!

— Зато теперь, они твои друзья! Ты для них не еда, они же магией питаются, — сквозь смех вещал он.

— Теперь то конечно! Но я то об этом не знала, когда ты кинул меня у холмов, кишащих пауками, и свалил! — истерично прокричала я, отворачиваясь от инкуба. На самом деле, было весело. Эти паучки, очень забавные, и поболтать любят, то есть пошипеть. Но это после того, как оставили сотни укусов, и поняли наверняка, что магии во мне нет, и пить из меня нечего.