Часть меня хочет, чтобы Кайм говорил со мной тем же низким успокаивающим тоном, который использует для лошади.

Разве это не глупо?

Пока я стою на камнях, мокрая и дрожащая, Кайм подводит Облако.

— Полезай.

Не говоря ни слова, я подхожу к Облаку, и Кайм кладет руки мне на талию, поднимая меня, когда я вставляю ногу в стремя.

Я перекидываю ногу и внезапно снова в седле. Это агония. Моя задница ноет и вся задубела.

Но я не жалуюсь.

После того, как тебя спасли от верной смерти, не на что жаловаться.

Кайм садится в седло позади меня, и хотя сейчас он холодный, его тело идеально сочетается с моим.

Слишком идеально.