— Это мидрийская кровь, — рычу я. — Они шли убить всех вас. Вы все еще живы, не так ли? — Я падаю на колени и прикрываю тело Кайма своим собственным.

— Она права, — спокойно говорит Анайя. — Все мидрианцы мертвы. Даже те, что с заставы. Даже те, которые относились к нам более-менее нормально.

— А вы живы. — Я кладу руку на грудь Кайма, чувствуя биение его сердца. Он холоднее замерзшего озера в разгар зимы. — Все могло быть намного хуже. Не заставляй меня драться с этими парнями, Анайя, — рычу я. — Отведите Сану и ее малышку в безопасное место и уходите. Вы все.

Анайя наклоняет голову:

— И кто ты, по-твоему, такая, чтобы прийти в мою деревню без предупреждения и командовать мной?

Я поднимаю голову и встречаюсь взглядом с Анайей, бросая ей вызов.

— Вы бы мне не поверили, даже если бы я вам сказала. Уважаемая старейшина, прошу вас отозвать своих охотников. Сделай это для меня. Все будет объяснено со временем. Пожалуйста, Анайя. Он не представляет для нас угрозы. Клянусь прахом моей матери.

Серо-зеленые глаза Анайи сужаются, когда она осматривает меня с головы до ног. Она не сильно изменилась с тех пор, как я ее видела в последний раз. Стройная и жилистая, ее седеющие волосы аккуратно заплетены в косы и собраны в высокий узел. Она хитрая и гордая, и она видела достаточно боли и смерти, чтобы разделить на несколько жизней.

Под моей ладонью сердцебиение Кайма ужасающе медленное.

— Анайя, — в отчаянии шепчу я. — Оставь нас. Сейчас же.