Он подлетел ко мне, приобнял за талию и уже намеревался проводить обратно к койке, на которой я очнулась, но я опередила его вопросом:

— Что произошло? Почему половина леса уничтожена? Что произошло во время Состязания Стихий?

— Я отвечу тебе, — пообещал друг, — только вернись в кровать, прошу.

Вздохнув, я оперлась о плечо целителя и поковыляла в сторону выделенного мне места. Дорога обратно показалась мне намного короче, возможно, из-за поддержки лекаря.

— Вот, — Драфок поправил подушку так, чтобы я могла сесть. — Хорошо. Подожди минутку, я принесу заживляющий отвар. Мы думали, что ты проспишь ещё несколько дней и шрамы затянутся за это время. Но, как я вижу, у тебя другие планы на собственное здоровье.

— Шрамы подождут! Сядь и расскажи мне все, что знаешь!

Почему-то я выбрала именно такую формулировку. Мысли о том, что простой третьекурсник может чего-то не знать о случившемся, посетили меня только сейчас.

— Нет, Шерил, я принесу зелье, а потом мы поговорим.

Сил с ним спорить не было. Лишь молча кивнув в ответ, я устроилась поудобнее и прикрыла глаза.

Казалось, что прошло всего мгновение, а друг уже вкладывал мне в руки тёплую чашу с травяным пахнущим мятой отваром. Улыбнувшись через силу, я сделала глоток и жестом пригласила Драфока сесть на кровать.

— Да что рассказывать-то, — вздохнул третьекурсник, опускаясь рядом и зарываясь пальцами в волосы. — Состязание Стихий отменили из-за магического взрыва.

Я подавилась зельем и громко закашлялась.

— Тише, — попросил парень, похлопывая меня по спине. — Сейчас только раннее утро, перебудишь мне тут всех.

— Тебя за главного, что ли, оставили? — хмыкнула я, отмечая, как тяжелеет голова от выпитого лекарства.

— А кого ещё? — пожал плечами Драфок. — Мастера сейчас все заняты тем, что разбираются в причинах катастрофы. Приставили мне в помощники сокурсников, но толку от них нет.

— Сколько прошло времени после начала Состязания? — уточнила я, понимая, что наверняка нахожусь тут не два и не три дня.

— Пятнадцать суток, — отводя взгляд, проговорил третьекурсник.

— Сколько? — ахнула я, расплёскивая зелье на белую рубаху, которую надели на меня поверх бинтов.

— Наверное, уже шестнадцать, — поправил себя целитель, хотя мне от его уточнения сделалось ещё хуже.

— Что, вообще, произошло? Победитель есть? Все участники в лазарете?