Вдовствующую королеву Розалию случайно привлекла на помощь ее новая фрейлина из школы благородных магичек – Хлоя Грэхем. Наткнувшись на хулительную заметку, девушка в порыве откровенности рассказала старшей королеве о том, как я спасла герцога Аламейского в Подгорске. И все… Въедливая мать Элгеуса заинтересовалась нашей историей и причиной, по которой на меня ополчились молодые леди.

Вскоре на меня, без преувеличений, опасались косо посмотреть.

А дальше и вовсе произошла странность: в «Голосе Церестана» стали печатать авантюрный роман о приключениях во время войны с демонами юной целительницы Геммы и боевого мага, графа Олейского. Влюбленных сталкивала судьба и разлучали враги, они находили несметные сокровища и раскрывали заговоры против короны – и так из номера в номер.

Алистеру нравилось – он не пропускал ни одной главы, смеялся от души. Азарий Декатье писал живо и весело, но мне хотелось взглянуть в его бесстыжие глаза и поинтересоваться, зачем он сделал отсылки на живых людей? И что делать с молодыми магами, которые теперь упоенно восхищались историей любви герцога Аламейского и его невесты?..

Решив позвать зачитавшегося жениха, я обернулась и застыла.

Со стороны Бюро магических патентов быстро шагал высокий мужчина в черном. Вьющиеся волосы тщательно заглажены назад и стянуты в короткий низкий хвостик. Ох, а морщин-то у него прибавилось, как и седины в каштановой шевелюре…

Я отвернулась, надеясь, что вышедший из здания меня не заметит.

Наивная. Он целеустремленно направлялся ко мне.

– Джемма, – позвал мужчина.

Я медленно обернулась, чувствуя, как холодеет в животе.

– Здравствуй, Джемма.

– Доброе утро, – отозвалась я, не поднимая глаз.

Не думала, что он подойдет, что заговорит первым, что…

– Прости меня.

Боги… мне кажется? У меня слуховые галлюцинации?

Подняв голову, я встретилась взглядом с самым авторитарным чародеем в моей жизни – директором Бюро магических патентов. Моим дедом.

– Я часто ошибался – это часть работы артефактора, который желает создать нечто новое, – тихо произнес Элиас Ливейт. – И лишь о двух ошибках я буду сожалеть до конца своих дней. Когда решил, что изгнание из семьи вернет тебя на истинный путь, и когда выслушал Дерека Рутшера и не вызвал стражей.

Я подобралась, ожидая неприятных откровений.

Дрожащей рукой дед провел по идеально собранным волосам и продолжил рассказ:

– Я быстро определяю мошенников и знаю, что лучший способ остановить их – сразу категорически отказать в желаемом. И когда Рутшер предложил вернуть тебя в лоно семьи за баснословную сумму, я указал ему на порог. Джемма, я искренне верил, что ты вернешься домой, когда он поймет, что ничего от нас не получит! Прости, я и подумать не мог, что он увезет тебя, затрет ваши следы!