— Да. Мой отец строит башню недалеко от Лоренсвилля. Он хочет поужинать сегодня вечером. В «Эпплби'c».

Рука, державшая меня, задрожала. Я взглянула на него. Кэрран смеялся.

— Я люблю тебя, — сказала я ему. — Мне насрать, что кто-то думает или говорит. Тебе не обязательно быть кем-то, кроме себя, Кэрран. Не делай этого для меня, потому что мне просто нужен ты.

— Ты же понимаешь, что все соседи собираются съехать, верно?

— К черту их. Скатертью дорога. Мне все равно, вписываемся мы или нет. Я никогда не хотела «хорошего» района или того, чтобы меня считали «нормальной». Я просто хотела жить в одном доме с тобой и Джули. Ты можешь быть самим собой. Ты позволяешь мне быть собой, так что это справедливо. Перестань так усердно пытаться вписаться. Я люблю тебя, потому что ты не такой.

Он поцеловал мои волосы.

— Что-нибудь интересное произошло, пока меня не было? — спросила я.

— Помнишь, как мы отправили Джордж на деликатную беседу с Патриком?

О нет.

— Я боюсь спрашивать…

— Он попытался прочитать ей лекцию о ее долге перед кланом, и она велела ему заткнуться. Он сказал ей, что позаботится о ней ради ее отца.

Я на несколько секунд зажмурила глаза.

— Он жив?

— О да. Она не убила его. Обе его ноги сломаны, но он жив.

— Это был официальный вызов?

— Нет, они классифицируют это как семейный спор, поскольку Джордж решила отделиться и больше не входит в командную цепочку клана.

В комнату вошел Рафаэль. На нем были поношенные джинсы и кожаная куртка, и если бы вы отправили его вместе с популярным мужчиной-моделью по улице, на него повернулось бы больше голов. В Рафаэле было что-то такое, что громко и ясно транслировало секс, и я еще не встречала женщину, которая бы на это не реагировала. Конечно, они обычно делали все возможное, чтобы скрыть эту реакцию, потому что Андреа была отличным стрелком.

Рафаэль присел на корточки рядом с Кэрраном и сказал:

— Эй. Я только что понял, как мы все можем заработать много денег.

— Продолжай, — сказал Кэрран.