Когда мое вынужденное лежание в кровати закончилось, я с превеликим удовольствием занялась ремонтом почты.
Тщательно очистив поверхность стен, мы нанесли на все неровности и трещины слой шпатлевки. Когда она высохла, отшлифовали ее и влажной тряпкой убрали пыль, после чего загрунтовали. Краску же нанесли валиком в два слоя, чтобы получить именно тот оттенок цвета стен, который планировался.
После покраски прилавок и стеллажи выглядели как новые, и не так мрачно, как раньше. А голубые шторы отлично гармонировали со стенами.
— Как хорошо, что ты решилась на ремонт! — Тония кружилась возле обновленного прилавка. — Как же теперь здесь красиво!
Комната сразу же стала светлее, в ней появилась теплота летнего дня, и теперь даже в дождливую погоду здесь будет уютно.
Первые посетители пришли в восторг от нового вида почты. Мы получили столько комплиментов, что даже обычно недовольная вдова Блумкин сияла как начищенный пятак.
После расслабляющей ванны и чашечки горячего чая я чувствовала себя как никогда хорошо. Глаза слипались, в теле чувствовалась приятная усталость, но мне так не хотелось, чтобы этот день заканчивался. Наверное, нужно почитать перед сном. Я сварила себе какао и перебрала стопку книг, которые притащил в мою спальню Жозеф. Мое внимание привлек томик стихов в красивом переплете. Устроившись в кровати, я раскрыла его на первой попавшейся странице, и прочла вслух:
—