Закончив весёлый праздничный завтрак, я приняла ванну. После чего мною занялись Тония с Фионой. Графиня приехала специально на одевание невесты, и я поразилась тому, как она посвежела. Щечки девушки округлились, на них появился красивый румянец, а глаза сияли мягким светом. Такие глаза бывают у счастливых женщин.

— Ты хорошо выглядишь, — сделала я ей комплимент. — Словно светишься изнутри!

— Я счастлива, — подтвердила мои мысли Фиона. — У меня чудесный муж, я жду ребенка, а еще учусь любить своих настоящих родителей. Они заботятся обо мне так, как никто не заботился! И да, меня перестало тошнить!

Мне было очень радостно всё это слышать. Фиона заслужила счастье и должна наслаждаться им в полной мере.

Приехал лорд Натолиани, чтобы сопроводить меня в храм. Как отец он должен вести невесту к алтарю. Темный лорд выглядел величественно в темном фраке, на который было накинуто строгое пальто. Он подарил мне шикарный букет белых роз и долго не выпускал из объятий, после чего поцеловал в лоб.

— Нам пора, любовь моя. Я должен передать тебя твоему мужу.

Кое-как забравшись в карету в тяжелом платье с длинным шлейфом, я бросила взгляд на почтовое отделение. Сюда мне предстоит вернуться уже в статусе замужней женщины.

Гериус ждал меня в храме вместе с остальными гостями. А все, кто был на почте ехали за мной на трех экипажах.

Если быть честной, небольшое волнение у меня все-таки появилось. Это случилось, когда отец помог мне спуститься на искрящийся снег. От меня до храма протянулась широкая дорожка, будто связывая с тем, кто сейчас находился в нем. Темный лорд положил мою руку себе на сгиб локтя и ласково похлопал по ней.

— Все хорошо, дитя. Мне выпало огромное счастье вести тебя к алтарю. Я и мечтать об этом не смел. Надеюсь, до того момента, как мне придется уйти на покой, я еще увижу своих внуков.

— Мы с мужем постараемся, — весело ответила я, чувствуя, как в душе снова воцаряется равновесие. — Это уж я точно могу тебе пообещать!

Когда огромные двери храма со скрипом отворились, все головы повернулись к нам. Но мои глаза были прикованы к Гериусу, стоящему у алтаря. Он тоже не сводил с меня взгляда, от которого по спине пробегали мурашки. В нем было все: страсть, нежность, любовь и еще что-то такое, от чего сладко сжималось сердце.

Отец подвел меня к лорду, вложил мою руку в его и сказал:

— Береги ее.

— До конца жизни, — ответил Гериус, сжимая мою ладонь. — Эта женщина моя навсегда.

Священник в белой сутане перевязал наши руки красной лентой и сказал:

— Любовь терпелива и милосердна, она без зависти и без гордыни. В любви нет зла, нет лжи. Она доверчива. Все переносит, все терпит. Любовь жертвенна. Мы собрались здесь в присутствии Высших сил, чтобы засвидетельствовать и благословить соединение этого мужчины и этой женщины в Святом Браке. Зои Натолиани, хотите ли вы, чтобы этот мужчина был вашим мужем? Будете ли ты верны ему в болезни и здравии? Оставив всех, прилепитесь ли к мужу своему?