— Ох, Олег! Да, а вот… — папенька Вадика совершенно точно немного смутился, поэтому дальше была какая-то белиберда о временных карманах, о расколе в Ордене, и даже о подушках, которые кладут под голову во время сна…

Я поняла не очень хорошо, что хотел сказать тем самым Мечислав, а вот отец нашей Руськи всё вонял верно. Во всяком случае, именно он поведал своей дочери, что обряда в храме Семаргла не состоится. Руся повернулась к нам лицом и в её глазах зажёгся огонь Немезиды. Я всё поняла правильно и побежала прочь, в сторону амфитеатра. Васька спохватилась и помчалась следом за нами. Краем глаза я увидела, что ребята сделали такое движение, будто мечтают нам помочь, но не смогли… их скрутило от смеха.

Вася, которая бежала последней, выкрикивала мне что-то одобрительное. Или негативное для догоняющей меня Русаны, потому что Руся резко развернулась, изрядно напугав Василису, и погоня продолжилась вновь. Только теперь уже я кричала что-то вроде: «Держись! Я уже иду… фух… жаждю тебе помочь!»

Васька только оборачивалась, перепрыгивая препятствия на нашей площадке для занятия спортом, наблюдая за тем, как её преследовательница наращивает темп.

— А эта девчонка в хорошей форме — пробормотала я, тяжело дыша и опираясь о столб.

Одним словом, на спортивной площадке мы потерпели позорное фиаско. Позже Русана кое-как сдала экзамены, неверно применив заклинание избавления от сорняков. Вместо этого просто сделав их фиолетового цвета. Но комиссия посчитала это допустимой ошибкой… так что мы встретимся с ней уже на втором курсе.

Игорь, как свидетель того грандиозного забега, решил, будто мы с Васей — неплохие спортсмены, и манкировали спортплощадкой исключительно в силу природной лености. А также посчитал для себя возможным поставить нам зачёт по физподготовке не по предварительной договорённости, как было обговорено ранее, а после сдачи нормативов. Так что сейчас, прогуливаясь «изящной» походкой, я неустанно «благодарила» Русану за это.

К слову сказать — таких результатов, как тогда, мы с Васей больше не показали. Мы тихонечко брели к общаге, думая каждый о своём. Завтра по плану у нас был более, чем насыщенный день. Предстояло собрать свои манатки, доделать свои дела, и отправиться в тот мир. Уже засыпая, я подумала о том, что больше не называю его своим домом.

На следующее утро мы завтракали горячими оладушками со сметаной, причём я очень старалась не думать, с чем могла эта самая сметана храниться — с жабьей икрой или с дохлыми мухами!

Мы отправились на рынок, зашли в лавку старьёвщика, махрятника по-местному, и в кучах ерунды нашли несколько вещей, которые могли бы заинтересовать нашего придирчивого покупателя в том мире. Васька отыскала маленькую поцарапанную фигурку волка из потемневшей бронзы и несколько квадратных монет неизвестного нам достоинства, а я выбрала серьги с зелёным камнем и старый кинжал без ножен. С серьгами махрятник расставался с большим трудом, рассказывая про то, что они были привезены издалека, оттуда, где невольники добывают в горах красивый камень под названием муррин. Однако, романтичный старьёвщик в накладе не остался, получив за свои вещи несколько тетрадей и карандашей.