– Даже сейчас ты не можешь мне все нормально рассказать, – прошипела Кейрис, но в этот раз не стала кидать его как тряпичную куклу. Ярости в глазах девушки не было предела.

Химура создал бокал изо льда и, разлив вино из открытой бутылки на столе, устало развалился на стуле.

– Не могу. Сама все вспомнишь, может быть, – пожал он плечами, делая глоток красного вина. Как бы хотелось добавить в него немного крови.

Раньше его силу каждый день подпитывала Эшли даром усиления, но пока нефилима не было дома, жажда крови внутри демона разбушевалась. Человеческая кровь – самый быстрый способ восполнить утраченную энергию, а самый долгий – сон. Эшли неосознанно нашла ему альтернативу. По правде, Химура осознал это в полной мере, когда Эшли физически не могла постоянно усиливать волны в нем.

– Боюсь представить, что еще ты от меня можешь скрывать, – немного успокоившись, добавила Кейрис, делая глоток из своего бокала.

Если так задуматься, то демон больше ничего от нее и не скрывал, за исключением того, чего не помнил сам. Но, встретившись взглядом с Ветреной, не смог удержаться от соблазна.

– А вот это будет уже моим маленьким секретом, – хитро сощурившись, он обнажил один клык.

– Понятно. – Кейрис, как обычно, поспешила с выводами. Химуру всегда поражало, как быстро в ее голове формируются логические цепочки без знаменателей, которые ей не известны.

– Когда мама мне позвонит? – Кейрис достала из кармана джинсовых шорт смартфон.

– А позвони ей сама, – предложил демон, залпом допивая бокал и доливая вина себе и ей.

Кейрис села напротив него, положив телефон на стол. Химура видел на экране свою фотографию и имя, а кнопку вызова она нажимать не торопилась, гипнотизируя экран взглядом.

– Да звони уже. – Демон укоризненно взглянул на Ветреную. – Она ждала тебя слишком долго.

– Ты прав. – Кейрис взяла телефон в руки.

Ей оставалось только нажать на вызов. Девушка встала со стула, начиная ходить по кухне взад и вперед. Казалось, что сквозь звуки шагов демон слышал, как билось сердце Кейрис. Она все-таки нажала на кнопку вызова. Длинные гудки тянулись один за другим, нагнетая атмосферу под куполом. Химура видел, как тряслись ее руки в томительном ожидании.

– Мама? – осторожно спросила девушка, когда Лорен наконец взяла трубку. – Мама! Скажи, ты как? Ты где? Когда мы сможем с тобой увидеться? – множество вопросов в секунду задавала Кейрис. Лорен ей что-то отвечала, а Ветреная ее внимательно слушала. Из глаз Конфетки выступили слезы, но на губах расцвела счастливая улыбка. Химура даже завидовал ей. В этом доме только Ветреной доступна такая роскошь, как увидеть родную мать.