Темноволосая женщина почти не дышала, наблюдая за сыном, который заметно хорошо ударился головой о паркет. Она видела занесенный меч. И даже, кажется, слышала чей-то крик. А потом резко сверкнула вспышка, озарив весь зал на короткий миг. И покои королевы-матери, которая тут же зажмурилась. Лиретта подумала, что это конец. Но не хотела в это верить всем сердцем. Она слишком многим пожертвовала и отдала за жизнь единственного сына.

Через несколько секунду мать Ричарда смогла открыть глаза, но по-прежнему не видела, что происходило за зеркальной поверхностью. Этот свет был таким ярким, что у нее заболели глаза, которые и так были красными от слез. Королева-мать замерла на месте, зажмурившись на пару секунд вновь, ожидая, когда этот свет перестанет слепить. Открыв глаза, она облегченно выдохнула. Ричард был жив. Пока еще. Но жив! А над ним с мечом возвышалась все так же Белая Демонесса, тяжело дыша.

Неожиданно для себя женщина заметила, что в ней что-то изменилось. Ее черты лица стали приобретать человечность. А взгляд наполнился сожалением. Меч выпал из женских рук и упал на паркет с громким звоном, прямо рядом с королем, который смотрел на нее большими удивленными глазами. Девушку затрясло. Всю. Ее ноги ослабли, а потом она прошептала возлюбленному:

– Уходи!

Ричард подумал, что ему показалось, но когда увидел ее аметистовые очи, в которых боролись тьма и свет, он произнес четко и уверенно:

– Нет!

Элу передернуло. Король подумал, что так отразился на ней его ответ, но дело было совсем не в этом.

– Пошел прочь! – закричала девушка, делая шаг назад. Затем второй и третий. – Я не смогу его долго сдерживать! Беги!

О ком она говорила, Ричард не понимал, но видел, как внутри нее сражались две личности. Эла сделала глубокий вдох, ощущая негодование и злость Безликого, что пытался вернуть свой контроль. Он был силен. Чертовски силен! Каждая секунда приносила девушке ужасную боль, пока она сопротивлялась, а в это время Марджери пытался встать на ноги, желая помочь. Глупец! Эла пыталась спасти его! Пускай и собственной жизнью! Девушке было плевать на себя.

– Убирайся вон из моей головы! – зарычала Элариэль, хватаясь руками за волосы.

– Ты моя! – шептал ей бог. – И только!

– Исчезни! – продолжала рычать Белоголовая.

Ричард Марджери был одновременно в ужасе и шоке. В один миг Демонесса стала собой и теперь с кем-то, кто был в ее голове, говорила. Словно сумасшедшая. Сделав пару шагов назад, Элариэль упала на колени и затихла.

Желание броситься к ней на помощь было огромным, но его состояние после удара не позволяло этого сделать. Голова немного шла кругом, кажется, на затылке даже была кровь. Но он продолжал думать лишь о той, что навсегда забрала его сердце. Ричард медленно встал на ноги и аккуратно подошел к ней, стараясь не обращать внимания на боль в собственной голове и кровь на щеке. Порез на лице оказался тонким, но глубоким. Его шаги были очень медленными, а дыхание сбитым. Король протянул было руку девушке, чтобы помочь. Она сидела на полу, опустив голову вниз, и тяжело дышала, сжимая и разжимая кулаки. Вены на ее руках то чернели, то принимали нормальный вид. Молодой правитель Орфея наблюдал за ней, не зная, как помочь.