Но парень стоял невозмутимо и прожигал ее глазами.

— Еще раз надо повторить?! Пошла! Вон! — не дыша, крикнул он.

Солярия и Рональдо пока не увидели девушку, беседуя с министрами, которые рискнули улететь на Финикс и сейчас рассказывали, с чем столкнулись во дворце. Солярия была настолько увлечена разговором, что не услышала крик Антона. А Сатис и Раит нахмурились.

На глазах Софиан выступили горькие слезы.

— Э, дружище, — Феодосий растерянно бросал взгляды то на Антона, то на Софиан. — Соф все это время была под гипнозом и внушением Эрамгедона. Она никогда не была предательницей.

Слова Феодосия добавили девушке капельку уверенности, и она продолжила:

— Он мной манипулировал. Он меня приворожил. Заставил работать на себя.

— Зачем? — Антон скептически скрестил руки.

Щеки девушки стали пунцово-красными.

— Потому что я…эм…когда-то заинтересовала…тебя… — она встревоженно посмотрела на хмурого молчаливого Петера. — и… ты сказал Эрамгедону, когда тот ещё был Хандагалом: " если она не присоединиться ко мне, то я перестану воевать"…как-то так ты сказал, примерный смысл.

Петер шумно втянул воздух, вспомнив эти слова.

— …А Эрамгедону нужна была война. Он и…внушил мне присоединиться…а там дальше…я потеряла саму себя…но кулон с этим знаком избавил меня от плена…и…

Софиан резко умолкла от злобного фырканья Ани.

— И долго ты придумывала это? — Аня скрестила руки, недовольно смотря на девушку.

Софиан в гневе поджала губы, бросив на нее язвительный взгляд.

— Я говорю правду, вот… — она покрутила в воздухе цепочкой.

— А ты в это веришь? — задав парню вопрос, Аня посмотрела на Софиан недружелюбно и злобно.

Софиан с надеждой наблюдала за парнем, надеясь, что он сейчас кивнет и скажет, что она имеет право на второй шанс…и что потом он сможет простить ее.

Но Антон горько усмехнулся:

— Нет. Пошла вон отсюда. — грозно произнес он, смотря на опечаленную девушку.