Он повернулся к Стейси, и, насколько я могла видеть его лицо, моё сердце слегка дрогнуло.

— Жаль, что у меня не хватило смелости сказать тебе, что я к тебе чувствую. Мне жаль… мне жаль, что у нас нет больше времени. Скажи ей это. Пожалуйста? Скажи ей, что я действительно любил её.

Он поднял руку, которая была скорее прозрачной, чем твёрдой, и коснулся её щеки. Стейси резко втянула воздух.

— Она это почувствовала. Скажи ей, что это был я. И скажи ей, что я хочу, чтобы она была счастлива. Что ей нужно быть счастливой.

Без предупреждения место рядом со Стейси опустело. Он ушёл, и у меня было чувство, что он не вернётся.

— Чёрт возьми, — пробормотала я.

— Что? — Стейси приложила пальцы к пятну на щеке. — Что только что произошло?

— Ты почувствовала его, когда он коснулся твоей щеки, — сказала я, а потом, не глядя на неё, пересказала ей то, что он сказал.

Я не хотела видеть эмоции, которые отразятся на её лице.

— Сейчас он ушёл, но сказал, что постарается вернуться. Он не знает, когда.

И сможет ли снова.

Я оставила эту часть невысказанной, потому что сообщение, которое он передал, звучало так, будто он не был полностью уверен. Он слишком часто возвращался.

— Прошу прощения. — Зейн похлопал меня по руке. — Ты можешь меня пропустить?

Я выскользнула из кабинки и отступила в сторону, когда Зейн подошёл к тому месту, где сидел Сэм. Он обнял Стейси за плечи, притянул к себе и заговорил.

Я бросила взгляд на пачку конфет «Твиззлерс», сжав губы. Я была третьей лишней в мучительно интимном моменте их двоих.

— Когда? — её голос звучал хрипло, когда она снова заговорила. — Когда он сможет вернуться?

— Я не знаю. У меня такое чувство, что он попытается, но…

Я уставилась на конфету, которую никогда раньше не пробовала, потому что она всегда казалась мне отвратительной.

— Но духи не должны постоянно посещать живых.

— Почему нет? — потребовала она.