— Ну вот.

Тусклый свет лился внутрь, слава детёнышам лам… о, нет. На нём было написано «нет».

Перед нами был узкий выступ и несколько ступенек, но они не были пусты.

Мёртвые люди.

На ступеньках, прижавшись к стене, лежали мертвецы. Их были десятки. Я никогда не видела ничего подобного. Когда мы вошли, они уставились на нас, и лица у них были какие-то странные. Некоторые отражали то, что их убило. Пулевые ранения. Отсутствующие щёки. Черепа. Синяки и вздутие живота. Уродства. Другие не выказывали никаких видимых признаков увечий, но улыбались нам, источая запах чистого зла. Я подняла глаза, и моё сердце чуть не остановилось.

Они роились под потолком, как тараканы, кричали и ползали друг по другу. Там не было пустого места.

— Ты видишь? — спросил Рот.

— К сожалению. — Я высвободила руку. — Тебе лучше не знать.

Кайман прошёл сквозь призрака, от головы которого почти ничего не осталось. Он завертелся, шипя на него, прежде чем взмыть к потолку, переползая через других, столпившихся там.

— Нет. Не делай так.

Я обошла одного из них, который послал мне воздушный поцелуй.

— Нам надо поторопиться.

Так мы и поступили.

Сбегая по ступенькам, я старалась не смотреть на них, но некоторые выходили, шепча слишком тихо и быстро, чтобы я могла разобрать, о чём они говорят. Другие потянулись ко мне.

На полпути вниз я узнала одного из призраков. Это была женщина в тёмной военной форме, но она выглядела… по-другому. Краска сошла с её кожи, тени на лице делали её глаза похожими на чёрные пустые глазницы. Её челюсть вытянулась, зияя чем-то нечеловеческим и искривлённым.

Она взвыла.

Рот резко обернулся.

— Какого чёрта?

— Ты слышал?

Я осторожно обошла женщину, чьё лицо было вытянуто за пределы человеческих возможностей.