— Слава, знаешь, у нас с тобой замечательные дети, но ты никогда не говорил о них с таким энтузиазмом, вдохновением, как сейчас о работе. Сашка и Никитка растут быстро, а ты пропускаешь мимо ту беззаветную любовь, что они могут дать в этом возрасте.

Ему не понравилось, что Катя снова заговорила о детях.

— Так значит, ты всё решила окончательно? — создавалось впечатление, что это он только что решил что-то окончательно, руша его идеальную жизнь.

— Да, Вячеслав.

— И ты увезёшь сыновей в Россию? — он даже не спрашивал, а констатировал, вспоминая все прошлые претензии Кати.

— Да. Им пригодится любовь бабушки с дедушкой.

— А моей матери тебе мало? — уже теряя интерес и заранее зная, что жена ответит.

— Этэри Альбертовна — замечательная женщина, но полностью подчинена твоему отцу, а его раздражают «вопли малолетних сорванцов», — Катерина повторила то, что не раз уже говорила, но если Слава задал вопрос, то на него надо отвечать, чтобы не сердить его. Это уже привычка и не время бунтовать.

— Катюш, подойди, хоть посмотри установку, — обезоруживающе мягко попросил Вячеслав.

Она взглянула на него с сожалением. Амбиции, вполне возможно, что оправданные; властный бесчувственный свёкор, воспитывающий свою копию из сына — всё это сделало из умнейшего интеллигентного Славика неприятного, холодного, безразличного к близким человека, но иногда кажется, что если бы он захотел, то… ах, нет, в том — то и дело, что его абсолютно всё устраивает.

Катерина прошла в святая святых мужа, дала себя подвести к расположенному посреди зала огороженному пространству. Там на полу кругами шли какие-то вставки, а ограждение выполнено из какого-то странного металла. В тишине всё казалось декорациями к фантастическому фильму.

Вячеслав что-то увлечённо колдовал на панели управления и вставки на полу приобретали более яркий цвет. Часть ограды отъехало в сторону, приглашая войти внутрь.

— Ну что, нравится? — с каким-то ожесточением спросил он, позабыв о доброжелательности.

— Что это? Телепорт, машина времени или звёздные врата? — усмехнулась Катюша.

— А вот это тебе предстоит узнать самой, — и он с силой втолкнул её внутрь.

Катерина не удержалась и упала, больно ударившись. Ограждение позади сомкнулось, а муж, с улыбкой превосходящего её во всем человека, демонстративно нажал на смешную крупную красную кнопку.

Вокруг всё загудело, Катя, не обращая внимания на боль в колене, бросилась к двери, но металлическое ограждение оказалось подвижным и словно барабан стиральной машины начало раскручиваться вокруг неё, и уже невозможно было понять, во что нужно колотить, чтобы вырваться на свободу.