Я отложила книгу обратно на стол, коротко кивнула друзьям и вышла из покоев вслед за Вайласом.

— В чём дело? — Резко спросила я, останавливаясь за поворотом. Здесь нас никто не слышит и не видит. Притворятся паинькой бессмысленно.

Император продолжал стоять ко мне спиной. А я с таким же успехом продолжала ждать ответа.

— Если это всё, что вы хотели, более задерживаться рядом с вами я не желаю. — Губы опалило воспоминание жгучего, неистового поцелуя. Сердце хоть и продолжало спокойно трудиться, разгоняя мою кровь по венам, дыхание уже сбоило и запиналось.

— Завтра. — Пробасил Вайлас, медленно оборачиваясь и обливая меня холодным взглядом с головы до ног.

— Что завтра? — В том же тоне переспросила я.

— Завтра должна состояться консуммация истинности нашей пары. — Отчеканил мужчина, прожигая насквозь мою нервную систему.

— Я не собираюсь спать с тобой! Ни в качестве Ингрид, ни в качестве истинной пары. — Прошипела я презрительно, практически выплёвывая свои ядовитые слова Императору в лицо. — Поищи себе другую постельную грелку.

Ошеломлённая подобной наглостью и чтобы не наговорить гадостей, я развернулась на каблуках и двинулась обратно в свою комнату.

Но не тут-то было! Меня неожиданно подхватили на руки и через какое-то быстротечное мгновение я, находящаяся на руках Императора Вайлас, оказалась в огромной, просто необъятной спальне Его Величества. Поставили меня ещё быстрее, чем взяли на руки.

Огромная, шестиместная кровать с балдахином, высокие окна в пол с шикарными, тяжелыми гардинами и невероятный мягкий ковёр из неизвестной мне шерсти. Когда первый шок отошёл, я гневно топнула ногой, разворачиваясь.

Вайлас стоял у двери явно запертой комнаты. Он гаденько ухмылялся, опираясь спиной и ногой о дверное полотно. Его руки бы сложены на груди, а вид очень довольный. Вайлас упивался своей властью и силой. Показывая мне, кто здесь хозяин. Показывая мне, что моё слово и мнение здесь для него ничего не значат.

— Внимательно осмотри эту спальню, ведь завтра, на этой кровати, — Вайлас кивает на кровать и снова криво улыбается, глядя мне в глаза, — я наконец-то сделаю тебя своей.

— И не мечтай. Я тебе сказала, что я здесь для того, чтобы доказать свою непричастность к Ингрид. Не более. — Невероятная злоба клокотала у меня где-то в горле. Я чувствовала ледяной холод, исходящий от меня, всеми фибрами души и тела. Что-то о холоде говорила Даша, перед тем, как под моими ногами заклубился туман страха.

Невероятная злоба, вот ключ к тому, чтобы вызвать этот туман. Например, раньше заморозка получалась, когда я боялась или злилась. Вспомнить тот самый веник! Что послужило появлению тумана летом, я не знаю, но сейчас это сильная, непреодолимая эмоция, которая требует выхода наружу.