Маг открыл глаза.

На паркете перед ним лежал в луже собственной крови Томас. На его теле зияли ужасные раны, а глаза, широко распахнутые, смотрели на Ятагана то ли с мольбой, то ли с обещанием.

Напротив стоял обалдевший Каллидус. Слезы переживания катились по его лицу.

— Огонь, я знаю, что ты там, открывай! — раздался из-за двери злобный окрик Слюды. — Иначе я сожгу эту дверь! Открывай!

Вампир упал на колени. Его губы шептали что-то похожее на "для меня всё кончено."

Ятаган, не обращая внимания на крики, на ватных ногах поплелся к Томасу, пожертвовавшему жизнью ради него. Однако, дойдя до него маг обнаружил, что парень ещё дышит, видно все-таки то, что Каллидус уменьшил свои когти, спасло его.

Его магия не успеет его вылечить. Я не смогу его спасти… — две мысли, которые поразили сознание Ятагана.

Он чувствовал свою вину.

В ту же секунду, дверь, как и было обещано, загорелась ярко-красным пламенем, в несколько мгновений превращаясь в кучку пепла. Слюда и Янтарь кинулись к троице. Первый, на ходу бросил в вампира связывающее заклятие. Каллидус без труда правда мог его разорвать, но не стал этого делать.

Он не хотел.

Янтарь подбежал к Ятагану, а Слюда к умирающему Томасу. Тот попытался ему что-то сказать, но вместо слов изо рта полилась кровь.

Маг крепко сцепил зубы.

— Лечись, Томас. — положил его руку на его же живот. — Пожалуйста, лечись! Ты самый сильный из нас. Ты должен справиться. Я не хочу терять ещё и тебя! — последнюю фразу Слюда прокричал.

Слабенькое свечение вырвалось из ладоней парня, распространяясь по его ране.

Этого было недостаточно.

Слюда сам положил свои руки, не представляя, как будет залечивать такое, но он не собирался сдаваться. Всё было бестолку, перед глазами мага плясали картины его прошлого.

Не смог тогда, не сможет и сейчас.

— Ты сделаешь его калекой. — послышался рядом голос Янтаря, а потом его руки заботливо, с сознанием дела накрыли рану Томаса. — Я смогу ему помочь. — выдохнул маг.