— Откуда ему знать?

— После того, как я напою его своей кровью, ты сделаешь то же самое. Тогда начинается твой час.

Это означало, что у меня был один час, чтобы вернуться в Семь Кругов, решить, действительно ли я готова отказаться от своей силы, убедить моего мужа заколоть меня и снять проклятие, прежде чем эта возможность была навсегда потеряна для нас. Если не…

Кровь и кости. Нет, я отказываюсь брать Клаудию с собой.

— Я могла бы пойти с тобой, — сказала она, прочитав мои мысли и беспокойство, которое, вероятно, было написано на моем лице. — Где бы ты ни была. Я могла бы пойти и убедиться, что у тебя есть целый час.

В серьезном выражении лица Клаудии не было обмана. Никаких скрытых мотивов. Она была просто хорошим другом. Порядочным человеком. Кто-то, кто был готов помочь близкому в беде.

И я бы никогда не поместила ее в такое место, где она могла бы раскрыть свою истинную личность самой себе или тем, кто ее искал. Возможно, я и устраивала заговор против нее раньше, но это была одна ошибка, которую я никогда больше не повторю. Если отказ от моей силы мог помочь устранить даже малейшую боль, которую я причинила, работая с Первой Ведьмой, то на самом деле выбора вообще не оставалось.

Я бы исправила эти ошибки и заплатила за них цену.

Я достала камень памяти из своего корсета и положила его на стол перед собой. Внимание Клаудии переключилось на это, ее лицо побледнело.

— Этот камень памяти содержит причину, по которой я никогда не попрошу тебя пойти со мной. Он принадлежит тебе. Это то, что ты решил вычеркнуть, забыть навечно. Я оставляю это здесь, если тебе когда-нибудь понадобятся ответы. — Я хотела бы предложить ей больше, но придется обойтись и этим. Я сняла с пояса маленький кожаный мешочек и надежно спрятал камень внутрь, чтобы Клаудия могла решить, что она хочет сделать, не прикасаясь к нему. — Кто-то, кому я очень доверяю, сказал мне, что, как только ты узнаешь правду, ты никогда не сможете вернуться в прежнее время. Выбирай с умом. Для тебя нет никакой срочности, никакого осуждения.

— Ты сожалеешь об этом? — спросила Клаудия тихим, немного печальным голосом.

— Открывать правду?

Я думала о душевной боли. Обмане. Множество предательств.

— Жизнь была бы проще, если бы я не знала. Даже знакомой. Но нет, я бы не вернулась, будь у меня выбор. Однако это решение можешь принять только ты. Если ты сейчас счастлива, доволена, это все, что имеет значение.

Сосредоточив свое внимание на камне памяти, она прошептала:

— Иногда я вижу сны. О жизни, которую, как мне кажется, я могла бы прожить. Мужчина, которого я могла бы полюбить. Но это всегда заканчивается кошмаром. С ним, вырывающим мое сердце. В других случаях это я вырываю его из своей собственной груди. Или иногда даже его. — Когда она, наконец, подняла глаза, на ее лице была благодарность, если не облегчение. — Спасибо тебе за камень, за выбор. Ты готова активировать клинок?