С первым было просто. Мужчина напал без оружия, и Кийо провёл катаной по его животу, почти у паха. Волк упал на землю, воя от боли. У следующего был меч, и Кийо пришлось защищаться катаной, отбиваясь ногами от волков, приближающихся сзади.

Стон боли Ниам донёсся до него поверх кряхтения и воплей боя. Его нетерпение стало стеной силы. Он ударил ногой с рёвом по мужчине перед собой, отправил его и трёх волков за ним в полет по подвалу. Затем бросился на ближайшую женщину и обогнул её, когда она взмахнула серебряным ножом, повернулся и пробил дыру в её спине. Вырвав сердце, Кийо сжал его, хмурясь с предупреждением, глядя на остальных волков. Они застыли на миг, потрясённые смертью, потому что до этого он только вырубал их.

— Вы все равно не убьёте его, — зазвучал в комнате голос Сакуры. — Подавите его. Моё терпение на исходе.

Кийо был вихрем отмщения. Через секунды ещё четыре волка были на земле без сердец.

Рыки гнева наполнили подвал, и оставшиеся волки бросились на него в ярости. Они приблизились, не оставив места для движений, кулаки и ступни били по его телу. Один сломал ему запястье, и катана выскользнула из хватки. Спину обожгло, а потом бедро, двое ударили его серебром. Игнорируя боль, Кийо выпустил когти и повернулся, ощущая, как рвутся их одежда и кожа, от ударов его руки дрожали. Они отступали, раненые, и Кийо выбрался из круга.

Было удобнее ломать им шеи. Он разобрался так с тремя за секунды, но, когда он подошёл к последней, она повернулась, кровь текла из груди, где задели его когти. Огонь вспыхнул в шее Кийо, она взмахнула катаной и попала по его горлу. Несмотря на приказы Сакуры, она пыталась обезглавить его. Проклятие, сохраняющее его бессмертным, ударило по клинку, и он разбился. Ужас проступил на её лице, она поняла размах его непобедимости. Что-то мелькнула в нём, нежное чувство, в котором он винил свою пару, и это не дало ему убить волчицу. Он сломал ей шею. Её тело обмякло поверх тела одного из павших товарищей, Кийо коснулся пореза на шее и зашипел.

Кровь текла из нескольких участков тела.

Серебро отравляло раны.

Он был в синяках и ссадинах, покрытый потом и пылью заброшенного подвала.

Но в нём хватало запала, чтобы разбить целую армию. И он собирался убить Сакуру за это.

— Впечатляет. — Она направилась к нему. — Это была проверка, и ты прошёл. Сколько нужно, чтобы остановить тебя? Двадцать, тридцать, пятьдесят оборотней? О, постой… я знаю. — Сакура подняла ладонь, что-то золотое сверкнуло и повисло на её ладони.

Кулон.

Кийо застыл в шоке.

На конце цепочки покачивался нефритовый кулон Мизуки, камень был в форме капли воды.