Красивая блондинка с бледной кожей стояла на пороге, на ней были только розовые шорты с кружевами на краях и сочетающаяся короткая майка. Её руки были расслаблены по бокам, но в правой ладони она сжимала пистолет, а в левой — кинжал.

Ниам знала о хорошем слухе вампиров, но как она так быстро ощутила её присутствие?

Словно читая мысли, Эхо Пейн ответила с акцентом, появившемся от проживания в Канаде почти всю жизнь:

— Датчик движения.

Ниам едва заметно тряхнула запястьем, создала пузырь, не пропускающий звук, в комнате, чтобы те, кто подслушивал из грузовика, не уловили их разговор.

— Я не собираюсь тебе вредить.

— Не хочу говорить это, ведьма, но я — вампир. Это не я должна переживать. Что ты сделала? Я ощутила магию.

Ниам подняла руки, сдаваясь.

— Я просто сделала так, чтобы члены Гарма, сидящие в грузовике дальше по улице, не слышали наш разговор.

Эхо ухмыльнулась, её зелёные глаза были как кусочки льда.

— Думаешь, я не знаю о жучках в квартире?

— Вряд ли они в курсе, что ты знаешь.

— Кто ты? — Вампирша направила пистолет на Ниам.

— Друг.

— Мне не нужен друг.

— Тогда считай меня посланником друга. — Ниам считала минуты в голове, напрягаясь от тревоги. Если она вскоре не уберётся отсюда, Кийо ворвётся внутрь. — Послание в моей сумке. Можно открыть?

— Нельзя. — Эхо сняла предохранитель с пистолета.

Ниам надоело медлить, она подумала о документах, воздух вокруг неё стал покалывать от магии, и бумаги рассыпались у ног Эхо. Та выругалась, отпрянув, посмотрела на гору с фотографиями её якобы мёртвой матери, записями терапевта и страницами медкарты с описанием смертельных ран её мёртвого отца. Важнее всего были раны на шее и то, что тело было лишено крови.

Убедившись, что она направила внимание Эхо, куда нужно, Ниам перенеслась на крышу.

А Кийо бился там с тремя оборотнями.