И снова она забыла, что мы жили вместе. Нам с Дейзи приходилось будить Мордекая посреди ночи — он надрывно кричал и боролся с одеялом.

— Теперь ворвись в него! — рявкнул Джек, тело которого тоже замерцало. В нем нарастала огромная сила.

Вспыхнула магия, и Мордекай сжал зубы. Конечности подростка окутала дымка, словно он вошел в облако.

Мордекай согнулся. Лицо вытянулось, превратившись в морду.

— Быстрее, Мордекай! — крикнул Джек. — Боль от первого обращения продлится столько, сколько требуется! Ворвись в это ощущение. Отдайся ему.

Мордекай застонал. Его брови стали кустистыми, ноги начали превращаться в лапы, кожа покрылась шерстью. Изо рта показались клыки.

— Фу! — воскликнула Дейзи, еще сильнее сжав мою руку.

Я была вынуждена согласиться. Еще никогда в жизни я не видела более мерзкого зрелища, а поскольку я работала с мертвецами, это говорило о многом.

— Если ты не поспешишь, то потеряешь сознание от боли, — сказал Джек, шагнув вперед. — Первое обращение всегда самое тяжелое.

Но Мордекай не торопился. Обращение не ускорилось. Но он ни разу не закричал. И не взвыл от боли. Единственным признаком, что трансформация воздействует на него, были несколько стонов и долгая тишина.

— Какого черта? — воскликнул Донован, подбежав к нам, и заслонил от нас Мордекая.

— В чем дело? — спросила Дейзи, врезаясь ногтями в мою кожу.

Я убрала ее руку. Чувство уверенности не покидало меня. На глазах выступили слезы.

— Он не торопится, чтобы научиться контролю. Морди привык переносить сильнейшую боль молча. Он терпел годами. С детства. Даже теперь он старается не беспокоить нас. Это его обряд посвящения, но в первую очередь он думает о нас.

Дейзи взволнованно посмотрела на меня. Прикусила губу и отвела взгляд.

— Он лучше меня, — заметила она. — Лучше, как человек.

— Он лучше всех нас. Мы будем учиться у него. И тоже станем хорошими людьми.

Дейзи кивнула.

— Отличная идея.

Дымка рассеялась, пульсирующая магия успокоилась. Вместо Мордекая на земле стоял огромный худощавый волк с темно-серой мордой. Возле левого глаза было пятно. Туловище покрывала обычная для волка шерсть — серая с проседью.