Мы познакомились на очередном приеме, куда пригласили всю семью Вантервиль, и мамочка настоятельно велела мне там быть. Я скучала и злилась, потому что находила совершенно утомительными пустые разговоры и бесполезные сплетни, которыми тут любили обмениваться дамы моего круга.

У меня экзамены в Университете. Мне учиться нужно, первый курс это вам не шутки. И вылететь я могла легко и непринужденно. В Университете не посмотрели бы на древность моего рода и знатность фамилии. Их не интересовал вес фамилии Вантервиль в обществе. Там ценились знания и отчисляли с первого курса легко и непринужденно. Так легко как развивается газовый шарфик, прикрепленный к новомодной женской шляпке под названием цилиндр. Мужчины кстати тоже носили цилиндры, только вот в отличие от дам не украшали его шарфиками, цветами и полудрагоценными камнями. Мужские цилиндры были черными и нравились мне гораздо больше женских. Только вот мамочка не за что бы не дала мне такой примерить. А потому я ограничивалась шляпками, отказываясь из упрямства от последнего новшества женской моды.

И вот я спряталась за огромной кадкой с пальмой, и, подобрав юбки, присела на довольно тонкую диванную подушку, которую незаметно стащила в гостиной. Я достала из крохотной сумочки учебник по Химии. Только он и влез в эту с позволения сказать «сумочку». У меня кошельки были большего размера. Но маман настояла именно на ней. Я вздохнула и с удовольствием погрузилась в мир формул и цифр.

- Милая сьера, а что вы тут делаете? – раздалось над моей головой.

Сначала я увидела блестящие черные ботинки, в которых можно было увидеть мое собственное отражение. Потом шли полы дорого темно синего плаща. А уже потом, я увидела руки в белых перчатках держащий шедевр шляпного искусства – черный цилиндр из бобрового фетра.

Дальше я смотреть не стала. Аккуратно пальчиками дотронулась до краев цилиндра и завороженно спросила.

- Можно я померю?

Надо мной раздался немного хрипловатый смех, и я подняла глаза на лицо мужчины. И почти мгновенно залипла. Он был красив, но при этом не той утонченной юношеской красотой, которой так восхищались мои подружки. Нет. Суровые классические черты лица, мужественный подбородок, широкий лоб и ясные голубые глаза. Я хотела что-то сказать, но он, отсмеявшись, подал мне руку помогая подняться с пола.

- Сьера, никогда еще восхищения не вызывал мой головной убор. Сначала все дамы восторгаются мной, а уже потом…хм… всем остальным – и он мне улыбнулся.

А вот я от его улыбки пропала, и вынырнула из этого водоворота чувств, только когда он взял из моих безвольных плацев томик по «Химии».