- Рокайя…хватит уже прятать лицо, посмотри на меня.

Я, вздохнув, повернулась к Сонррайну и посмотрела ему прямо в глаза.

- Что? Снова будешь поддразнивать меня?

- Нет. Я тоже люблю тебя.

Эпилог

Эпилог

Финал смотра прошёл гладко…почти. Ещё утром, я пробралась во второй дом невест и попросила Кхаяру позволить и мне ударить её разок-другой, чтобы не выглядеть на её фоне откровенно слабой. Дочь вождя племени звонко рассмеялась и пообещала, что этот финал в Кэррей не забудут никогда.

В итоге, после небольшой начальной потасовки, большую часть времени, Кхаяра гонялась за мной по обширной площади Имперского Двора, периодическая давая крепкого леща, пока, я, истратив все свои силы, в изнеможении не рухнула на каменные плиты и судья не отсчитал до десяти. Теперь никто не мог обвинить королевскую семью, что наш, так сказать, поединок, был подстроен, ибо зрители устали от зрелища нескончаемой погони не меньше меня. Кхаяра получила царапину на руке и принца, а я осталась с разбитым носом (причем, разбила себе сама, случайно, при последнем падении) и парой синяков. Так что все, кто жаждал увидеть женский бой на смерть, за руку и сердце Бьяана, ушли ни с чем.

Самир, не желая быть сожжённым заживо, быстро раскололся и рассказал обо всём, вдобавок, выдав несколько лиц из Имперского Двора, вроде стражников и прислуги, которые шпионили для него. Так, одна из девушек, убравших дворец, наткнулась на тело мёртвой Гесси, убитой Кхаярой, быстренько донесла об этом своему господину, и Самир, состряпав коварный план, распорядился незаметно перенести тело в сад и бросить в фонтан. Также, именно по его распоряжению, в лекарство Салланы и «пузырёк Отерры» была добавлен вытяжка из «безумной травы» – ликоцерны кэррейской, которая, в зависимости от дозы, лишала жертву либо воли к сопротивлению и ей можно было внушить, что угодно, либо, как в случае с Сонррайном, вызывала неконтролируемый приступ агрессии. А ещё, Самир рассказал интересную деталь, видимо, лелея мысль: «если я не утаю ничего, то, может, меня вообще пощадят?». За письмом Харрайе стоял именно он, но это был не первый случай давления на ледяную ведьму и Хансайю. Бывшая невеста Сонррайна либо забыла, либо нарочно умолчала о том, что первое письмо она получила именно перед балом, где говорилось, что она должна была увести главного телохранителя даркайнской принцессы из дворца, а Самиров слуга в это время передал бы Рокайе бокал отравленного вина. Таким образом, сбежав на поиски Сонррайна, я, сама того не подозревая, спасла свою жизнь. И Отерру он подкупил исключительно для отвода глаз. Соблазнённая предложенной суммой денег, «нейтральная» с готовностью приняла предложение просидеть до окончания смотра в тюрьме. Вот только Самир не сказал Отерре, что у него и в планах не было её оттуда вызволять. Были ещё признания вмешательства Самира во внутренние дела Имперского Двора, но это уже не касалось меня. В итоге, король Ойлар не выдержал и прервал поток искренности бывшего советника, попросив королевского врача дать виновному быстродействующий яд. Да, кстати, как сказал Бьяан, никто не видел, что даркайнцы убили кого-то в поместье на территории Кэррей.