— Я тоже не могу, Горан.

— Тогда пусть она выбирает. Констанс права, она не вещь.

— Я знаю, что она не вещь, но ты мог бы сказать мне правду.

— Как? Она умоляла меня не делать этого. А Констанс сказала, что твоя леди мертва. Если бы Констанс рассказала нам, как она умерла, или если бы ты просто назвал мне ее имя, тогда да, все было бы по-другому.

— Ладно, иди. Просто верни ее обратно в лагерь. Пожалуйста. Мне действительно нужно с ней поговорить.

Горан кивнул и ушел с двумя другими ребятами.

Ал остался и сел у огня.

— Мне жаль, — сказал он. — Я не знал.

К кому он обращается? Он знает, что я здесь?

Ал вздохнул.

— Пожалуйста, просто вернись. Ты можешь сражаться. Ты — ценный солдат, а не какая-то девица в беде. Ты никогда ей не была, — продолжал он говорить в пустоту. — Я просто хотел узнать тебя настоящую, прежде чем все это может закончиться. Это все, чего я хотел.

Он выдохнул.

Я с трудом сглотнула, когда он встал, огляделся и ушел.

В ту ночь я спала на дереве.

Размышляя о том, что он сказал.

Он позволил бы мне сражаться. Но много ли толку от Катрины Сквайр? Эндрю хорош во многих отношениях, он ценный солдат. Я хотела вновь стать Эндрю и остаться им навсегда.

Мужчина из меня лучше, чем женщина.

Но этот их разговор о том, что они оба что-то чувствовали ко мне, намного усложнял мне выбор.

Я видела в Горане хорошего друга, почти как Мэгги. К слову, мама вышла замуж за своего лучшего друга и была счастлива. Но Ал… В кронпринце было что-то такое, что затронуло мою душу.

Как я могу выбрать кого-то из них? Они же лучшие друзья, черт возьми. Что будет с их дружбой, если я сделаю выбор?