— Когда моя семья узнает, что ты сделала, они уничтожат тебя на хрен. Они изуродуют тебя перед смертью и ты будешь умолять их покончить с тобой за несколько дней до того, как они это сделают! — заорал он, прежде чем начал так смеяться, что я с отвращением повалила его обратно на землю.

Да, такая мысль посещала и меня, но по большому счету я все-таки решила рискнуть. Ради Гарета я рискнула, ради его глупой улыбки и объятий, которые продолжались слишком долго. Ради тех телефонных звонков посреди ночи, потому что он забывал позвонить в разумное время и не хотел просыпаться и чувствовать себя дерьмом из-за того, что забыл обо мне. За то, что он всегда клялся, что вытащит нас из этого места и построит нам лучшую жизнь, как только закончит университет. За то, что один из мудаков в той школе забрал его у нас с мамой. А теперь она просто лежала, свернувшись калачиком под простынями, слишком убитая горем, чтобы смотреть на мир, пока счета накапливались, а дни ползли мимо.

— Я не боюсь клана Оскура, — прорычала я, дрожь по позвоночнику была единственным признаком того, что это ложь, но он этого не видел. — Я в десять раз страшнее их.

Лоренцо кашлянул сквозь полный рот крови в том месте, где его лицо ударилось о землю, она окрасила его зубы в ржавый цвет в лунном свете и железный привкус ее на ветру позвал меня.

— Убьешь меня один раз — и я исчезну, убьешь два раза — будет мило, убьешь три раза — ты уже будешь близка, но больше всего меня убьет Клан Оскура.

Лоренцо поднялся на руки и колени, продолжая нести какую-то чушь, а я двинулась вперед, целясь ногой ему в ребра.

Моя ярость придала силу моим конечностям и я услышала треск костей под силой, которую я приложила, когда он откатился от меня. От этого звука по моим конечностям пробежала дрожь силы. Мне не должно было это нравиться. Но мне понравилось. Сейчас я была жестоким, извращенным существом. И это было приятно.

Прежде чем он смог подняться, я надавила сапогом на высоком каблуке на его горло, шпилька только проткнула кожу и он затрепыхался подо мной.

— Я взломала его электронную почту, — шипела я, наклоняясь ближе, продолжая давить своим весом. — Я знаю, что ты встречался с ним той ночью, я знаю, что ты пытался заставить его присоединиться к клану Оскура.

Кучка психопатов — оборотней, которых этот мудак называл семьей, управляла половиной центра Алестрии и была так глубоко погружена в криминальную подноготную этого города, что я сомневалась, что есть преступление, к которому они как-то не причастны. Если бы не Лунное Братство, которое встречало их на каждом шагу и держало их в напряжении войнами банд и соперничеством, то я была бы уверена, что весь город и за его пределами уже был бы под их властью.