Пришел. Пахнущий осенним ветром и усталостью. Скинул камзол в кресло, быстро шагнул ко мне, коснулся прохладными губами лба. Такой же невесомый поцелуй достался губам, но прежде чем я успела потянуться за продолжением, отступил, устало опустившись в кресло у камина.

- Твой брат… неоднозначный человек, - вздохнул, потерев лицо руками.

Я почувствовала, как запекло уши и щеки, представив, по какому поводу они сегодня еще могли встретиться.

- Так, даже знать не хочу, какие ультиматумы он тебе предъявлял, - поспешила откреститься от любых идей братца.

- Ничего такого, чему бы я возражал, - слегка улыбнулся мне Вайнн. - Просто, он слишком настойчив не в самых важных вопросах.

- Увы, боюсь тебя запугать, но вся моя семейка такая. Внешние приличия их заботят больше сути вещей, - поморщилась.

- Ничего, меня сложно запугать таким, - подмигнул он мне. - Так он поделился с тобой чем-то более важным, чем планами на нашу общественную жизнь?

- Поделился, - кивнула. - Оказывается, Андрий ли Сорен состоял адъютантом при Осбеорне Клейрон, как раз когда со мной случилась неприятность. Он-то и поделился с моим братом кое-какой информацией.

- Как занимательно, - хмыкнул Матэмхейн. - А я сегодня узнал, что Ксандр ли Сорен как-то раз прикрыл грешки Ставроса Улькан, который сейчас занимает пост главы охраны Соларской лечебницы. Очевидно, что средний брат тоже страдает излишней разговорчивостью. Если Альберт в курсе, вполне мог шантажом добиться помощи. Там… не очень хорошее дело. Лет на десять засадить могли, - поморщился мужчина такой халатности.

- Смотри-ка, зато одним махом тебе сразу три дела закрытых организуем, - обрадовалась я. - Как все красиво сходится.

- Флора, - не разделял моей радости ледяной, - ты же понимаешь, что это все косвенные доказательства. Подозрительно, но обвинение на этом не построишь.

Вообще, я тоже об этом думала. И даже придумала вариант, решающий эту проблему. Но портить этот вечер скандалом не хотелось. Сложные решения лучше оставлять на утро и свежую голову. А ночь это время расслабления и отдыха.

Поэтому откинув одеяло, я поднялась с кровати, в полной мере демонстрируя тонкое кружевное безобразие, которое надела, рассчитывая на его визит.

Взгляд мужчины медленно заскользил от тонких лодыжек, вдоль стройных ног, виднеющихся в высоком разрезе белого шелка. Проследил линию бедра, обтянутого переливающейся тканью, надолго задержался на груди, узорное кружево на которой мало что скрывало. Когда мы наконец встретилась глазами, расширенный зрачок в его глазах, почти полностью поглотил прозрачно-льдистую радужку.