Второй вариант вызывал восторг только у феи. Софи и Кат с сомнением переглядывались.

– Выбирай: я сама ищу тебе мужа или идем к свахе? – Мирелла, потомственная фея любви, вообще никогда не сомневалась. – Но предупреждаю: свахи тут так себе, никакого творческого подхода!

– Вообще-то у меня есть неделя! – напомнила я. – Конечно, вряд ли я откопаю в саду клад, чтобы оплатить учебу. А вот другой колледж вполне могу откопать.

Их в Стоундаре с излишком! Горничных, костоправов и прочих мелких профессий, представителей которых нужно много в приморском городке.

– Другой колледж… – передразнила Мирелла и сдула с ладони облачко пыльцы прямо в мое лицо. Закашлявшись, я сердито уставилась перед собой. Туда, где пыльца, отлетая обратно, быстро складывалась в миниатюрную фигурку. Постепенно проступали длинные русые волосы, ореховые глаза. Темно-бордовая блуза с открытыми плечами и рукавами до локтя, коричневые корсаж и юбка. Единственная туфля того же цвета. И небольшая сумка на поясе.

В общем, я.

– А теперь представь, что эта девица появляется посреди учебного курса и просит принять на бесплатное место, – прищурилась Мирелла. – Ари, ты миленькая, но не та, кого возьмут за красивые глаза!

– Вот именно! А ты меня замуж собираешься отдать. Я миленькая, но не та, которую схватят и, слава стихии за такой подарок, понесут к алтарю!

– Смотря кто будет лететь следом за счастливым женихом!

– Ага. Один огнедышащий дракон, – пробормотала я себе под нос, – в юбке. Зелененький такой.

Но фея услышала.

– А хоть бы и так! – фыркнула она. Щелкнув пальцами, развеяла мое изображение, вручила мне лист и упрямо скрестила руки на груди. – Гляди, Ари, передумаешь, даже крылом не пошевелю!

Я подошла к комоду и демонстративно положила на него бумагу.

– Что за военные действия без моего участия? – Через входную дверь вплыла мачеха.

Полупрозрачная, с гордо поднятой головой, в платье, подчеркивающем плавные изгибы стройной фигуры. Даже в виде призрака Эн выглядела так, что ее за глаза называли ведьмой. Она на правду не обижалась.

– Ари отчислили! – выдала фея.

– Пока еще не отчислили, – поправила я, – а лишили стипендии.

– А, ну да, ну да… – язвительно пропела зеленая вредина. – А у нас курица как раз начала нести золотые яйца! Аккурат на оплату хватит!

– Мирелла, не жужжи. Вечно ты впереди дракона летишь! – Эн заметила лист, прочла, покачала головой.

– Тебя, между прочим, вообще могут развеять, если некому будет возглавить семью! – напомнила ей фея.

– Еще посмотрим, кто кого развеет, – улыбнулась Эн. – Ничего, время есть, придумаем что-нибудь.

– Придумаем?! – Мирелла закатила глаза. – Ну и семейка мне досталась! Одна по крышам ночью ползает, из колледжа вылетает. Другая ей во всем потакает.

И она демонстративно отвернулась.

Что есть, то есть. И вылетаю, и по крышам ползаю. Кстати, о крышах… Я обещала магистру, что уберу все следы обряда.

Ковыляя в одной туфле, я добралась до шкафа и открыла дверцу.

– Что, прямо сейчас пойдешь поступать? Думаешь, ночью директора будут сговорчивей? – съехидничала фея.

– Ночью будет сговорчивее черепица на ратуше! Ты ведь не дала мне стереть с нее символы. – Я отыскала пару туфель.

– Да ради всех стихий, оттирай! – И Мирелла опять обсыпала меня пыльцой.

Туфли остались в шкафу, а я оказалась на крыше ратуши.

Вот же… фея!

Глава 2

Глава 2

Вздохнув, я вытащила из сумки кусок ветоши и поползла по черепице, стирая выведенные на ней мелом символы.

После исчезновения Винса я не только бегала за стражей, я придумывала способ вытащить его самостоятельно. Варианты отметались один за другим, ничего путного в голову не приходило. Ни мне, ни Софи, ни Кат.

И способ нашелся – сам! – когда наша молочница, подслушав мою перепалку с сестрами, проболталась, что знает одного мага путей, который «может сыскать все на свете», даже то, «что другим не по силам». Она и адрес подсказала. Правда, неохотно.

В пяти милях от Стоундара весьма неплохо обитал целый магистр в целом личном коттедже.

Со мной его обитание стало куда веселей: я просила помочь, уговаривала, убеждала. Магистр Грежерс ругался, проклинал день, когда нашел языкастой молочнице похищенную козу, выкидывал меня магическим путем по пять раз на день со своего крыльца в залив. Я выплывала и возвращалась. Он не открывал дверь, кричал в окно, что забросит «настырную пигалицу» на полигон академии, в которой преподавал, к нежити.

А потом сдался. И подсказал один старинный обряд поиска. И что самое главное, для его выполнения не требовалось быть магом! Зато требовалось много других вещей.

Крыша здания, построенного в пятом веке от воцарения стихий, с коньком точно по линии между западом и востоком. Черепица из редкой кристальной глины, которую не делают уже двести лет. Кусок мела, чтобы начертить на ней определенные символы. Несколько выученных наизусть слов, которые следовало произнести четко и ясно. И большой амулет для открывания магического пути.

С амулетом проблем не возникло. Золотистую бусину размером с куриное яйцо удалось достать бесплатно. Ну как бесплатно… На бусине был небольшой скол, а у владельца лавки – до ужаса захламленный склад. Бусина за уборку – отличный обмен!

Хозяин лавки хвастался, что магический путь от бусины откроется аж до самой луны.

До луны я не добралась, как и до Винса, зато добралась до ловца. И очень хотелось надеяться, он не решит добраться до меня в отместку. А мне сейчас очень хотелось добраться до магистра Грежерса!

Заглянуть, например, в гости и, попивая чаек, спросить, какого… Какого хаоса его «стопроцентный, точно работающий обряд» занес меня к ловцу?! Перепутал? Ловец что, потерянный в младенчестве брат-близнец Винса, чтобы их перепутать? Ха! Ни капельки не похож!

Или, может, сам магистр чего-то перепутал? Кто ему ловец? Ненавистный родственник? Или заклятый друг, к которому можно выкинуть упрямую девицу?

Одно знаю точно: я не маг, и обвинить меня в том, что применила силу неправильно, не выйдет. Все сделано по инструкции.

И слова я запомнила наизусть, произнесла их четко и внятно!

– От того, что возможно, веди меня к тому, что существует на самом деле! – сердито повторила я, оттирая очередной символ.

После этой фразы меня должно было перенести к Винсу. Оставалось только схватить его и перенестись обратно. В итоге схватили меня. И не Винс…

Налетевший ветер принес аромат соли из залива и тихую мелодию. Что интересно, она звучала откуда-то сверху.

Я с любопытством запрокинула голову.

В небе парил черный дракон, окруженный фиолетовым сиянием магии. Амулета, способного наиграть мелодию, у него явно не было – только люди пользуются магическими приспособлениями. А значит, где-то там летает ведьма на метле.

Не ровен час заметит меня и стражу позовет. Объясняйся потом с ними до утра, что ночью на крыше ратуши делала!

Я торопливо переползла к последнему символу. Подо мной внезапно затрещало, черепица куда-то поехала, и я, взмахнув руками, провалилась. Лишь в последний момент чудом уцепилась за край образовавшейся дыры. Пару минут висела, боясь дышать. Потом попыталась подтянуться. Вышло лишь слабое дерганье селедки на крючке.

Оставалось только одно средство.

«Мирелла!» – позвала я мысленно.

Пальцы дрожали от напряжения, ладони сводило. Еще немного, и полечу на чердак. Следом за черепицей.

«Мирелла!»

Фея меня точно слышала, но отвечать не торопилась.

– Мирелла… Отзовись, вредность крылатая! Вот куда она вечно исчезает, когда нужна ее помощь? – пробурчала я, покачиваясь.

«Мирелла!»

«У меня тоже есть крылья. И если очень надо, могу стать вредным. Помочь?» – прорычал в голове незнакомый голос.

– Ты еще кто? – пропыхтела я.

«Рэйнар».

– Очень информативно!

«Дракон. Не дергайся, я тебя сейчас подцеплю».

– Стой! – выдохнула я.

Меня же на чердак сдует ветром от его крыльев!

Но ветра не было. Черная махина рухнула с неба. Когтистая лапа, покрытая чешуей, схватила меня и потащила вверх. Со всех сторон окутало лиловым туманом. Миг – и он рассеялся.

Где-то над головой со свистом рассекли воздух крылья, и дракон, задев хвостом крышу, взмыл в небо.

Я зачарованно смотрела вниз: там, поднимая клубы пыли, с грохотом обваливались балки и осыпались остатки черепицы.

– Пятый век…

– Давно менять пора! – фыркнул дракон и, заложив вираж, начал снижаться.

Навстречу, ярко сверкая летучими фонарями, стремительно неслась площадка на крыше храма всех стихий.

– Куда? Мне туда нельзя! – в панике закричала я. – Стоит переступить порог, меня тут же начинает корежить, точно нежить. У меня непереносимость сложных амулетов! А храм – это один большой амулет!

Во всяком случае, так лекари сказали, задумчиво почесывая макушки.

– Понял. Мы быстро, – тут же отозвался дракон, спускаясь.

– Ни быстро, ни медленно! Стой! – Я вглядывалась в макушки деревьев, прикидывая, куда бы свалиться без вреда для здоровья.

– Думаешь, я забавы ради снимаю с крыш девиц? – прорычал дракон.

– Помог, спасибо, стой!

– Ага, уже крылья складываю! Соображай: ночь, дракон, ты, – сердито подсказал он.

– И? Тебе было скучно в небе?

– Ага, очень. Думай! Я дракон.

– Я заметила, – огрызнулась я.

А в памяти, словно само по себе, всплывало все, что я читала о драконах.

Дракон – магическое существо, нечисть. А нечисти или глубоко наплевать на людей, или она с удовольствием с нами общается. В общем, драконы поступают как хотят. И только в одном случае у них нет выбора: когда стихии приводят их, будущих фамильяров, к будущим ведьмам и колдунам. И возникает очень крепкая связь, обоюдная. Потому что без фамильяров ведьмы и колдуны потеряют магию. А нечисть, не захотевшая отправляться по зову стихий, станет слабее в магическом плане ровно на тот срок, который она провела бы рядом со своим колдуном или ведьмой…