– Ну и где этот паршивец? – поинтересовалась я, стараясь не поморщиться – хватка у подруги была железная.

– Где-то рядом с кабинетом ректора, – выдавила из себя Ярина.

Больше вдаваться в подробности она не стала, а мы не спрашивали. Ни к чему оно. И так понятно, что нас ожидают проблемы. Лучше бы он на кухню пробрался, честное слово!

И мы припустились обратно в сторону ректората, стараясь не привлекать излишнего внимания и не показывать, как мы спешим. И так понятно, что спешащие куда-то ведьмы привлекут много лишнего внимания.

В этот раз, на наше счастье, ни один демон не додумался нас остановить. И уже буквально спустя десять минут мы вновь влетели в ректорат и замерли, не зная, куда нам дальше идти. Не к господину ректору же сдаваться?

– Давайте пока осмотримся, – предложила я, не зная, где можно найти Лампыча. А Ярина вдруг опять прислушалась к себе и решительно зашагала по коридору к самой последней двери.

– Я чувствую, он там был, – сообщила она. – Магический след есть.

– Будем надеяться, там он и остался, – процедила Власта, догоняя подругу.

На наше счастье, в коридоре нам никто не встретился. А если бы и встретился, мы бы солгали, что заблудились по пути в кабинет ректора. В конце концов, мы здесь впервые, так почему не может немножко протупить?

Вот только мысли уже были не такими радужными, когда мы уперлись в самую дальнюю дверь с многообещающим названием «хранилище».

– Приплыли, – невесело констатировала я. Мы все прекрасно понимали, что вряд ли тут хранится что-то безобидное и ненужное. Уж точно не под боком у господина ректора. А это значит, охранки тут стояли очень качественные.

– Отправлю на перевоспитание бабушке, – мрачно пообещала Ярина. Мы знали, что эта угроза самая страшная. С бабулей Ринки ведьмой Катериной забаловать сложно. Она могла бы целым полком командовать, и ни один солдат бы и возразить ей не посмел!

– Может, он покрутился здесь, понял, что не залезет и счел за благо удалиться? – с надеждой предположила Власта.

– Сомневаюсь, – покачала головой я. – У него же это не разумные порывы, а животный инстинкт. Даже если и понимает, все равно устоять сложно.

– Именно потому моя комната сама напоминает хранилище, – поморщилась Ярина. В такие моменты она жалела, что выбрала в фамильяры енота. Вот только мы прекрасно помним, как она потянулась к нему в магическом питомнике. И он к ней. Это была истинная связь, установившаяся практически с первого мгновения.

– Это сейчас неважно, – вздохнула я. – Вопрос в том, что же нам сейчас делать.

Где искать Лампыча и как выручить из беды. А выручать нужно, без сомнения. Просто потому что он наш.

– В любом случае, не стоит здесь стоять столбом, – решила Власта. – Привлечем ненужное внимание. Так что давайте подальше от хранилища. И там будем думать.

Впрочем, далеко мы уйти не успели. Только мы приблизились к выходу из коридора, как путь нам преградил ректор:

– Далеко собрались, адептки? – насмешливо поинтересовался он. А я похолодела.

Глава 3.1

Глава 3.1

Господин Бертран же в свою очередь продолжал весело на нас смотреть. И от этого веселья так и веяло грандиозной подлянкой.

Неужели он поймал Лампыча? И что же с малышом? Он же не виноват, у него инстинкты! Мы все понимаем, что ему тяжело им противостоять, мы привыкли. А вот демон… Как ему это объяснить?

– А мы… Мы… – я на мгновение замялась и кинула беспомощный взгляд на подруг: вот что они молчат-то? Помогли бы! Но те как воды в рот набрали. А ведь, казалось бы, мы были готовы к встрече с господином Бертраном. Вот только стоило ему появиться в поле нашего зрения, как все логические оправдания вылетели из головы. Все-таки аура у ректора была убийственно тяжелая.

– Знаю, что вы, адептка Злата, – усмехнулся он. То ли зловеще, то ли весело – непонятно. А я ведь ведьма! Ведаю души людей. Вот только демон под эту категорию не попадают. – Знаю я, что вы здесь делаете, адептки. В мой кабинет! Живо!

Мы переглянулись и сочли за благо не спорить. Приняли невинный вид и прошествовали мимо ректора в его кабинет. Он зашел вслед за нами и захлопнул дверь.

– Ничего не потеряли? – насмешливо поинтересовался он, явно забавляясь.

– Например? – выгнула бровь я. И вдруг осознала одну простую истину. Почему-то в присутствии ректора подруги явно теряют всю свою храбрость, а ее у них много – мне ли не знать. И только внутри меня просыпается какой-то чертик, который никак не может заткнуться. А я ведь никогда раньше не была такой безшабашной.

– Вам лучше знать, адептки, – он присел на краешек своего стола и покосился на нас с откровенным любопытством. А я невольно обратила внимание, что глаза у него чистого серого цвета. Как серебро. Или сталь. Красивые такие. – Кого вы вернулись разыскивать в ректорат?

– Мы вовсе не… – попыталась я возразить, а господин Бертран опять оборвал мои бессвязные оправдания:

– Возможно, одного неудачливого воришку, – он коварно улыбнулся и, взмахнув рукой, снял завесу морока. На столе находился наш Евлампий с виноватым и каким-то поникшим видом. Мы не удержались от облегченного вздоха: все-таки нашелся. И только потом к нам пришло осознание того, насколько мы вляпались. Стол был обвит силовыми нитями, так что пойманный Лампыч никуда не мог деться.

– Отпустите его! – рванувшаяся к питомцу Ярина замерла, не смея приблизиться к силовой клетке. А ректор покачал головой, подтверждая ее смятение.

– И вот мне интересно, кто это… Неудачный шпион или просто шкодливый фамильяр? – продолжал допрашивать нас ректор. И тут я не выдержала. Громко и показательно рассмеялась:

– Ну какой он шпион?! – возмущенно бросилась вперед я. – Он же просто енот! Фамильяр, да, но животные инстинкты все равно в нем живы! Ему сложно им противиться!

– Знаете, где я нашел вашего «просто енота»? – передразнил меня ректор, а мы обреченно покачали головой. Мы не знали, нет. Но догадывались. – В хранилище артефактов! И мне интересно, что же он там забыл?

Мы как-то дружно и очень сердито посмотрели на Лампыча. На его мордочке проступило обиженно-виноватое выражение.

– Я просто почувствовал исходящую оттуда магию. Это важное. Нужное. В хозяйстве пригодится, – печально сообщил нам Евлампий. Хорошо еще, что ректор его не понимал. Иначе вышел бы большой «упс».

Ярина глубоко вздохнула и кинулась на защиту своего фамильяра:

– Послушайте, пожалуйста, он просто очень у меня хозяйственный, – умоляюще произнесла она. – И если чует что-то, что может «пригодиться в хозяйстве», ему сложно устоять. Инстинкты, как правильно сказала Злата. Мы знаем о данной проблеме и стараемся предотвратить такие ситуацию. Ну а сегодня… Я недосмотрела. Это я виновата. Не наказывайте его. Он вовсе не шпион.

– Не шпион, говорите? – окинул ее внимательным взглядом господин Бертран. Ярина едва уловимо поежилась. Все-таки впечатление наш ректор производил убийственное. А наш собеседник тем временем спокойно шагнул через силовые линии к еноту и, подняв его в воздух, резко перевернул. В то же мгновение на пол посыпались различные блестючки, стекляшки, ручки и прочие, без сомнения, нужные в хозяйстве вещи. Расставаться с ними Евлампий не спешил и старался поймать их лапками. Добил нас небольшой кристалл, который мы своими глазами видели в кабинете ректора всего час назад.

Владелец же всего этого добра насмешливо наблюдал за питомцем Ярины, после чего выгнул бровь и вкрадчиво поинтересовался:

– Ну и что мы будем со всем этим делать?

Глава 3.2

Глава 3.2

Мы в ответ помолчали. Ну а что на это сказать можно? Разве что…

– Отпустите Лампыча, – попросила я, глядя на фамильяра. – Ему же так неудобно.

– Да? – искренне изумился господин Бертран. – А по виду так и не скажешь…

Ну да, Лампыч был слишком занят, торопливо подбирая свою, без сомнения, важную для хозяйства добычу. И даже четыре внимательных взгляда его ни капли не смутили.

– Честно-честно, – взмахнула я ресницами, пока Ярина торопливо передала своему фамильяру по мыслесвязи:

– Евлампий Евграфович, сволочь ты такая, прекрати немедленно нас подставлять! У тебя совесть есть?

Совесть у зверька наличествовала, и он с несчастным видом выпустил добычу из лапок. Тут-то его ректор и вернул в исходное положение, и Лампыч воспользовался моментом, торопливо состроив гримасу: как вы могли плохо подумать обо мне невинном?

– Итак, возвращаемся к моему вопросу. Что мы будем со всем этим делать? – повторил господин ректор, внимательно глядя на фамильяра. Если бы я смотрела на Лампыча, я бы ничего и не заметила. Вот только за столько лет я все его фокусы уже наизусть знала и невинной мордочке не верю. А вот то, как ректор едва сдерживает смех, видела впервые. И это зрелище оказалось куда интереснее… То есть вы, господин демон, вовсе не такой строгий сухарь, каким пытаетесь казаться? Прекрасно. Значит, у нас есть шанс поладить!

– Понять и простить? – предложила я, заискивающе глядя на ректора. Как-то очень своевременно вспомнила, что некоторые проблемы можно решить и без применения давления. Хитростью и беззащитностью. Поэтому и выражение лица состроила соответствующее.

На мгновение наши взгляды с господином Бертраном встретились. Я на мгновение утонула в расплавленном серебре его глаз, на дне которых, кажется, плясали огоньки пламени. А потом ректор вдруг рассмеялся. Громко. Раскатисто. Искренне. И до меня вдруг как-то разом дошло, что он еще вполне молодой мужчина. Красивый. Харизматичный. Залипательный. Черт, я начинаю думать, как Алиса!