Со вздохом накинув ей на плечи сюртук, он приподнял её, словно изящную фарфоровую статуэтку, и понёс к коню.

— Простудитесь, — сухо обронил он, встретившись с её доверчивым хрустальным взглядом.

Ольга же решила пока отдаться на волю случая. Несчастной явно нужна была помощь, раз она оказалась в реке, но, видно, никто ей её не оказал.

Мужчине же она решила довериться. Он кинулся за ней в реку. Если ради незнакомки он был готов рискнуть жизнью, то она надеялась, что слово «честь» знакомо ему не понаслышке.

Запрыгнув на лошадь, он крепко прижал к себе изящную незнакомку и тронулся в путь. Ольга с огромным интересом смотрела по сторонам на поля и леса, на пасущихся коров, на встреченных крестьян в простых рубахах и всё больше убеждалась, что ей это не мерещится. Это реальность. Была возможность, которую всё ещё нельзя было исключить, что она лежит в коме в больнице, а всё это —плод её фантазии. Только она никогда в жизни о таком и не думала. Значит, сомнительно, что воспалённый мозг создаст ей такое кино. В конце концов, никто не знает, что нас ждёт после смерти. Может, суждено душам путешествовать по телам и мирам?

К тому моменту, как они подъехали, она уже практически приняла свою новую реальность, вот только говорить пока не спешила, боясь, что сразу выдаст себя. А кто знает, как они относятся к пришлым душам? Может, на костёр и дело с концом?

Они подъехали к трехэтажному особняку, слегка обветшалому и требующему ремонта. На встречу им выскочили слуги, на руки которым он и сдал девушку.

— Батюшки, что же это такое?! — всплеснула руками взрослая женщина, смотря на мокрые вещи своего господина, да на дрожащую девушку.

— Её нужно согреть и осмотреть. Вели вызвать лекаря, Груня. Она, кажется, немая. Не произнесла и слова с тех пор, как я её из воды вытащил. Может, слышала, у кого-нибудь из баринов дочь такая имеется?

— Нет, что вы!

— А, может, крепостная? — с сомнением произнёс, а Ольга внутренне вздрогнула. Ещё чего не хватало!

Перекрестившись, Груня подхватила несчастную за плечи и повела в дом.

— Бедная, настрадалась-то поди… Мы тебя сейчас согреем, накормим, а то худющая какая! Кости одни!

Бросив на своё тело ещё один оценивающий взгляд, Ольга еле заметно усмехнулась. Не было в ней болезной истощённости, но пышущей здоровьем фигуре Груни она, конечно, уступала. Женщина была высока, взбита, с пышной грудью и густыми косами, что проглядывали из-под головного убора.

Сама же она, как успела заметить Ольга, была хрупкой блондинкой.

Женщина привела её в одни из парадных покоев, куда слуги стали спора таскать вёдра с горячей водой.