Нам предстояло записать все аспекты их жизни, чтобы комитет мог внести поправки в основные законы, не ущемив права представителей вампирского меньшинства. Но такая толерантная позиция объединенных государств была не всем по душе.

Споры вокруг лояльности к не-людям не утихали целый год. Процесс и сама идея объединения наших видов стали повесткой дня каждой газеты и привели к нескольким серьёзным инцидентам с жертвами среди вампиров в первую очередь. Многострадальное человечество моментально сплотилось против общего «врага».

Хотя я лично не знала никого, кто пострадал бы от укуса вампира, мысль о том, что кто-то всерьез ест людей, и может съесть меня, вызывала у большинства людей первобытный страх и трепет. От лозунгов «Христиане против мусульман» мы быстро перешли к «Христиане против людоедов. С нами мусульмане».

Мне казалось, будто ненависть к ночным тварям продиктована инфантильным нежеланием людей делиться своей зоной комфорта с еще одним разумным видом существ на планете Земля. Какая глупость. В таком случае терпению вампиров однажды придет конец. И это будет конец человечества.

Машина неслась по гравию, и водитель спешил. Он почти лег на руль, снова и снова поглядывая в окна справа и слева:

— Вдоль дороги, там, в лесу. Смотрите… нас окружают со всех сторон.

От этих слов у меня все нутро будто онемело и в раз потяжелело. Он прибавил скорость, и мотор взревел на высокой истеричной ноте.

Я изо всех сил всматривалась в дорогу в надежде увидеть что-то или кого-то, но дорога огибала темнеющий лес, в котором я ничего не могла разглядеть. Мы мчались уже несколько минут, казавшихся часами.

Неожиданно на дороге размытым пятном промелькнуло что-то. Упавшая ветка? Или силуэт человека?! Следующим, что я услышала, были сокрушительный удар и визг тормозов. Мир перевернулся, забирая воздух из моих легких. Я судорожно ухватилась за Романа, оказавшись в воздухе.

Пол ушел из-под ног словно в невесомости, и меня больно ударило рукой о металлическую дверь. Оглушительный скрежет металла. Моя голова проскребла потолок автомобиля, больно обжигая обивкой хрящик уха. От неожиданного падения я невольно разжала руку, вцепившуюся в пиджак Галактионова.

Откуда-то в меня полетели осколки битого стекла, заставляя меня зажмуриться и закрыться локтями. Мощный толчок под ребра. И меня придавило к полу чем-то тяжелым и липким, в ноздри бросило запах пота и чеснока. Я не могла вдохнуть воздуха. Задыхаясь, мое сознание провалилось в немую давящую темноту.

Глава 2. Провал

Глава 2. Провал