— И это все?
Она кивнула.
— Да, это все, что было сказано. Вот с каким безумием тебе придётся столкнуться, дорогая. За исключением того, что в твоем случае все гораздо хуже. Кэррану труднее контролировать свои собственнические порывы, чем большинству других. У него есть. . травмы.
— Что вы имеете в виду?
Она сморщила лицо.
— Не я должна тебе это объяснять. Что тебе нужно знать, так это то, что его стремление защищать крайне велико. Удивительно, что он не завернул тебя в одеяло и не утащил в Крепость. Он был жутко невыносимым с тех пор, как вы поссорились. Он любит тебя, Кейт, и поэтому терпеливо ждет, когда ты сама примешь решение.
— Я знаю, что это может вас шокировать, но в некотором роде считается вежливым ждать согласия женщины. На самом деле, я почти уверена, что если не ждать, то возможно, придется иметь дело с надоедливыми уголовными обвинениями, такими как похищение и изнасилование.
Тетушка Би закатила глаза.
— Мальчик — не маньяк, нет-нет, и он прекрасно все это понимает. Принуждать тебя — значит идти против всего, что он отстаивает, и ты это знаешь не хуже меня. На все в этом мире есть своя цена. Его цена — это мы. Спроси себя, стоит ли он того, чтобы стать альфой Стаи? Достаточно ли ты его любишь? И прислушайся к той, кто похоронил двух своих мужей, возможно, это поможет тебе решить быстрее. Мы живем в опасном мире. Если существует шанс стать счастливыми, мы должны бороться за него, чтобы потом не сожалеть.
Глава 23
Глава 23
Тетушка Би ушла. Я подождала, сделав пару вдохов, нашла свои ботинки и вышла за дверь. На лестничной площадке я столкнулась с Дженнифер. Она выглядела так, словно посвятила свою жизнь божеству бега: длинные ноги, длинное тело, длинное лицо. Очень длинные зубы. Особенно в звериной форме.
Дженнифер и ее муж Даниэль руководили кланом Волков. Судя по тому, что я слышала, из них двоих Дженнифер была более агрессивной и с большей вероятностью могла снести тебе голову с плеч. С Даниэлем можно было договориться, но, если разозлить Дженнифер, все кончено.
— Куда-то собралась? — Альфа волков скрестила худые руки на груди.
— Наружу.
— Я не могу тебе это позволить.
Я посмотрела в ее голубые глаза:
— Возможно, ты хочешь перефразировать это.
Джим вышел из кухни и прислонился к дверному косяку.