Насави поклонился и ушел.

После его ухода Малика-Хатун, вдруг почувствовала приступ такого острого одиночества, что едва удержалась от слез. «Не надо было принимать его, – с досадой сказала она себе. – И вообще ввязываться в это дело. Только унизилась лишний раз». Всякое напоминание о прошлом лишь напрасно бередило зажившие раны. Она была совершенно одна, без мужа, без детей, без денег и, что самое страшное – без надежды. Определенно, впереди ее ждала только нужда и неумолимая старость.

Вошел привратник и неуклюже поклонился.

– Ну, что тебе еще нужно от меня? – спросила принцесса.

– Хатун, там еще один посетитель, – сказал привратник.

– Еще один посетитель, – недоверчиво спросила Малика-Хатун. – Кто?

– Сказал, что его зовут Али.

– Зови его сюда, – нетерпеливо сказала принцесса.

Привратник ввел гостя и по мановению руки хозяйки удалился.

Али приветствовал принцессу.

– Перед тобой сейчас у меня был счастливый положением своих дел человек, – сказала принцесса. – На сегодня с меня довольно. Так что, если тебе нечем меня удивить лучше сразу уходи. Я не умею радоваться счастью других людей.

Ни слова не говоря, Али извлек из рукава свиток бумаги и с поклоном протянул его Малике-Хатун.

– Что это?

– Фирман султана Малика Ашрафа о выделении вам икта.

Али трудно было удержаться от радостной улыбки. Лицо малики напротив было непроницаемым.

– Ты что же позволил себе прочесть адресованный мне маншур, – холодно осведомилась она.