– Около часа, – с сожалением ответила Шерри, – если попытаться сделать хоть какую-то прическу.

Он шепнул ей на ухо, чтобы не услышали служанки:

– Причеши их, если это уж так необходимо, этого вполне достаточно.

– О, но…

– Я с ума схожу по этим сверкающим, огненно-рыжим волосам.

– В таком случае, – поколебавшись, заявила она, когда он отпустил ее, – я оставлю их распущенными.

– Хорошо, тем более что у нас всего пятнадцать минут.

…Старая герцогиня посмотрела на Хью Уайткомба, когда помощник дворецкого, стоявший у входа, доложил о приходе герцога и герцогини Хоторн, прошествовавших мимо него в переполненную залу.

– Хью! Который сейчас час?

За доктора ответил Клейтон, только что смотревший на свои часы:

– Начало одиннадцатого.

Находившиеся поблизости гости разочарованно переглянулись. Выразив общее мнение, Уитни с печальным видом произнесла:

– Видимо, Шерри отказала ему, иначе они были бы здесь уже три часа назад.

– Я была настолько уверена… – начала мисс Чарити и, сникнув, умолкла.

– Скорее всего Дю Виллю не удалось ее уговорить, – предположил Джейсон Филдинг, на что его жена, покачав головой, уверенно заявила:

– При желании Дю Вилль нашел бы способ убедить ее.

Не подозревая, что в ее словах можно было усмотреть восхищение Дю Виллем, перед которым не в силах устоять ни одна женщина, она бросила взгляд на мужа и увидела, что он, нахмурившись, обратился к Клейтону Уэстморленду.

– Что-то я не замечал в Дю Вилле ничего такого, перед чем невозможно устоять, – сказал Джейсон.

– Я, например, сделал бы это без особого труда, – сухо ответил Клейтон и замолчал, поскольку в этот момент к старой герцогине подошла с поздравлениями его двоюродная тетушка.

– Какой замечательный бал, Алисия! Ты, верно, очень счастлива?