– Если ты этого не помнишь, то я даже не знаю, что тебе сказать.
– Просто скажи правду. Не капай мне на мозги. – На половине фразы его голос срывается.
В любое другое время мы бы над этим посмеялись. Хотела бы я, чтобы мы могли посмеяться и сейчас.
– Что у тебя с Маклареном?
Комок в горле вдруг не позволяет мне нормально говорить.
– Ничего. – Только поцелуй. – Мы друзья. Он помогал мне с игрой.
– Как удобно. Сначала он пишет тебе письма, потом возит тебя по городу и тусуется с тобой в доме престарелых.
– Ты говорил, что не возражаешь насчет писем.
– Что ж, видимо, возражал.
– Так сразу бы и сказал!
Китти поглядывает на нас, наморщив лоб.
– Я не хочу больше говорить об этом. И вообще, я занята.
Питер смотрит на меня.
– Ты его целовала?
Сказать правду? Я обязана?
– Да. Один раз.
Он моргает.
– То есть я соблюдал целибат с тех пор, как мы затеяли эту идиотскую игру, и даже раньше, вообще-то, а ты тем временем развлекалась с Маклареном?
– Мы расстались, Питер. А вот когда мы с тобой действительно были