Вместо этого Фоко оглядел людей, столпившихся в покоях, в поисках хотя бы одного друга, который мог бы поручиться за его честь. Но таковых среди собравшихся почему-то не оказалось.

Он с усилием потянул цепи, сковывавшие руки у него за спиной. Мышцы пронзила жгучая боль. Рис окинул быстрым взглядом освещенный факелами зал, разыскивая тех троих, что насильно прервали столь необходимый ему сон. Они свирепо смотрели на него. Фонари у них под глазами, их распухшие губы и кровоточащие носы в какой-то мере принесли ему чувство удовлетворения. Ведь он ни на йоту не облегчил им исполнение приказа.

— Отвечай своему королю! — церковная крыса суетливо подбежала к Рису. Ряса священника развевалась вокруг жирных ножек.

Рис поднял взгляд на короля Стефана, не обращая внимания на вопли, казавшиеся ему не более, чем вороньим карканьем. Он взвешивал каждое свое слово. Его жизнь и благополучие его семьи зависели сейчас от его умения контролировать свой язык.

— Ваше величество, служа вам, я убил множество людей. Кто теперь скажет, были ли те убитые в пылу сражения друзьями или же врагами?

— Никто и не спрашивал тебя о благородной битве. Сейчас речь идет о трусливом нападении из засады.

Теперь этот пронзительно кудахтающий человечек остановился прямо перед Рисом. Уперев сжатые в кулаки ручки в толстые бедра, святоша пристально смотрел на него.

Хотя Рис и стоял на полу на коленях, тяжелый взгляд священника находился как раз на уровне его глаз. Этот божий человек — хорошо, если бы это было так — располагал властью лишить Риса всего, что было ему дорого. Вполне возможно, что так оно и случится.

Святоша потряс кулаком перед лицом Риса.

— Ты, отродье дьявола, зачем ты лишил жизни высокородного господина дю Пре?

Рис запечатлел в памяти черты лица этого мужчины. Он никогда не позабудет и не простит того, что сделал этот человек сегодня.

Он обратился к королю:

— Кто обвиняет меня в этом бесчестном поступке?

Священник аж забрызгал слюной:

— Кто?! Да какая разница?! Ты — виновен и Господь воздаст тебе по заслугам.

Шум в зале усилился, так как собравшиеся принялись выражать свое мнение по поводу убийства дю Пре.

— Довольно! — громкий крик короля привнес в зал некое подобие порядка.

Он велел стражникам снять с узника оковы, кивнул Рису и приказал:

— Идите за мной!

С трудом поднявшись на ноги, Рис с нетерпением дожидался, пока охранники снимут с него цепи. Потирая горящие огнем руки, чтобы восстановить в них кровоток, он пошел вслед за монархом. Его уход был омрачен разочарованным шепотом. Стервятники и те ведут себя лучше, чем собравшиеся здесь любители порыться в чужом грязном белье.