не было.

Он остановился в последнем подземелье и, оглядев его,

устало сел возле стены, схватился за голову и заплакал:

– Мой сын, мой бедный ребенок. Боже мой, где

же он?

Вдруг он услышал какой-то звук и, подняв голову,

увидел, что проход, куда он вошел, закрывается камен-

ной глыбой. Джованни вскочил и метнулся к выходу, но

каменная дверь уже замуровала его, он увидел металли-

ческую дверь и стал биться в нее, но дверь не шевели-

лась. Он долго метался и бился в железную дверь и сте-

ны, но выйти так и не смог.

Линда с трудом открыла глаза и сразу почувствова-

ла мучительную головную боль. Она ничего не помнила:

где она, кто она?

Она встала с кровати и, как была в нижнем белье,

пошла по коридору. Ее тошнило, кружилась голова, но-

ги были ватными. Придерживаясь за стенку, она вошла

в гостиную. Там сидела графиня и читала книгу. Линда

не узнала ее и, тихо побродив по комнате, направилась