Светлый фон

– Мне так страшно… Я действительно не знаю, приедет он или нет. В ту секунду… В ту секунду, когда он отпустил меня и бросился обратно, я так испугалась, что он не вернется. И до сих пор боюсь.

Мира прижала колени к груди и опустила на них голову. Внутри ее начинало колотить от тревоги. К ней подсела Карин и, тяжело вздохнув, погладила по спине.

Они обе чувствовали, что Адриан может не вернуться.

 

* * *

* * *

Появившийся в дверях Лиам ужаснулся. У него больно кольнуло в боку, а сам он взялся за голову и пошатнулся.

– Ну и… Ну и дерьмо. Как вы допустили такое?!

Сидевший на кортах Янне виновато поднял зеленые глаза и сжал губы в одну линию. Он посмотрел на Раста снизу вверх и пробормотал:

– Едва ли в той суматохе я успевал следить за ним… Я сам чуть не помер, а ты просишь отвечать за двоих… – Брат согласно покивал.

Несколько мест у Бастлберга перевязаны: руки, оголенный торс. У него подбитый глаз, разбитый нос с пластырем на переносице, ссадины и кровоподтеки на ребрах, спине и руках. Он был здорово избит, но жив. В паре метрах сидел его брат, потрепанный точно так же. Близнецы одинаковые во всем.

– Не вини его, Лиам. Там правда не углядеть было.

– Хочешь сказать, вы потеряли из вида главную звезду?! Того, кто должен был направо и налево всех бить, и ради кого вообще все было затеяно?!

Лиам размахнулся и всадил кулак в стену. Даже дикая боль на костяшках не отрезвила его. Рука закровоточила, но парень даже не обратил внимания. Обычно милый и добрый Лиам сейчас метал молнии, подобно своему брату.

А причина была.

– Вы должны были шкуры с себя содрать, но не дать ему умереть!

Бастлберги переглянулись. Во взглядах была подавленность. Они сидели в своем доме. Обычно светлый, громкий и оживленный, сейчас этот коттедж навевал тоску. Он казался пустым, серым, и… В нем будто бы пахло смертью.

Артисс сидел на кресле, взявшись за ноющее выбитое плечо. Рядом на полу был Янниэль, который смотрел то в пол, то на Лиама. Последний стоял рядом, пытаясь совладать с гневом.

Он вытянул руки вперед и, растопырив пальцы, рявкнул:

– Смотрите! Смотрите сюда! У меня на пальцах его кровь! Это ваша вина!