Я с обожанием целую его, он успокаивается, держа мою ногу на своем плече и толкаясь дальше, высвобождая всего себя, постанывая в чистом, откровенном удовольствии.
Непрошеная влага скапливается в глазах, и я изо всех сил борюсь, чтобы слезы не полились и не испортили момент. Он продолжает принимать мой благоговейный, медленный поцелуй, встречаясь с моим языком удар за ударом. Этим поцелуем я пытаюсь ему кое-что сказать. Отчаянно хочу, чтобы он узнал слова.
Он отрывается от моих губ и хмурит брови.
— В чем дело? — тихо спрашивает, голос полон беспокойства.
— Ни в чем, — отвечаю я слишком быстро, мысленно проклиная свою несчастную руку за то, что она легла ему на затылок. Он заглядывает мне в глаза, и я со вздохом уступаю. — Что это? — спрашиваю я. Он все еще медленно двигается внутри меня.
— Что именно? — Смущение в его голосе совершенно очевидно. Пинаю себя за то, что открыла свой болтливый рот.
— Я и ты. — Сразу чувствую себя глупо, мне хочется спрятаться под одеяло.
Его взгляд смягчается, и он медленно вращает бедрами.
— Просто ты и я, — говорит он, будто это действительно просто. Он нежно меня целует, отпуская мою ногу. — Ты в порядке?
— В порядке, — отвечаю резче, чем собиралась. Неужели этот мужчина настолько толстокож, что не может разглядеть под собой влюбленную женщину?
Ты и я, я и ты, как чертовски очевидно. Что-то я не вижу с нами в постели никого другого. Слегка ерзаю под ним, и он, прищурившись, смотрит на меня затуманенным взглядом.
— Мне нужно пописать, — говорю самым убедительным «я-не-злюсь» тоном. И с треском проваливаюсь.
Закусив губу, он подозрительно поглядывает на меня, но отстраняется, неохотно освобождая меня из-под себя. Тянусь рукой, чтобы расстегнуть лифчик, а затем направляюсь в ванную, и закрываю за собой дверь.
Почему я не могу просто это сказать? Мне нужно избавиться от слов, причиняющих такую чертовски сильную боль. Перед тем как отправиться писать, мысленно отвешиваю шлепок по своей жалкой заднице и испытываю желание окунуть голову в унитаз в этой роскошной ванной комнате. Какая же я неудачница. Он должен знать о моих чувствах. Я, как рабыня, падаю к ногам этого мужчины, при любом удобном случае отдаваясь ему разумом и телом. Ни на секунду не поверю, что он не распознает всех этих признаков.
Закончив, предстаю обнаженной перед зеркалом. Смотрю на свое отражение. Темно-карие глаза вновь блестят, оливковая кожа свежа и сияет. Опираюсь руками о туалетный столик и глубоко вздыхаю. Это не то место, где я планировала быть, но я здесь. Этот мужчина совершил вторжение во всех смыслах этого слова, и я нахожусь в опасной близости от того, что мне разобьют сердце. Мысль о моей жизни без него... я протягиваю руку и потираю грудь. От одной этой мысли у меня сжимается сердце. Даже, несмотря на всю его сложную натуру, я безнадежно влюблена в него — что есть, то есть.