— Это же не богадельня? — осторожно поинтересовалась Ольга.

— О нет, — возразил Мартин. — Там успешно лечат нарушения памяти, проводят операции для устранения источника сдавления головного мозга при опухолях или кровоизлияниях. Как продвигается лечение, не знаю. Не интересовался. Но уход за больными там обеспечен надлежащий.

— Что вы сказали графу Мюраю, после чего он решил откупиться от вас? — вернул Стэнли разговор на интересующую его тему.

— Я сказала… — Ольга решала, говорить правду или нет. С тяжёлым вздохом произнесла: — Он принял меня за охотницу за богатым мужем, случайно нашедшую и присвоившую чужие дорожные документы.

Она с прохладцей пересказала разговор с Уайтом при встрече в универсаме и затем в карете. В заключение призналась:

— Я самоуверенно заявила ему, что один из вас уж точно заинтересуется мной.

— А ведь верно, — рассмеялся Стэнли, смерив гостью любопытным взором.

Граф в молчаливом вопросе вздёрнул брови и виконт продолжил:

— Мадам Ле Бретон теперь наша родственница по женской линии и мы обязаны принять участие в устройстве её личной жизни. Следует подыскать ей мужа.

Ольга едва не подскочила от неожиданности, отбросив на другой конец софы дневник:

— Ну уж нет! Я — вдова французского нотариуса, если вы ещё не забыли, и сама позабочусь о себе.

— Благодаря безграничной щедрости графа Мюрая? — съязвил Стэнли. — Сто́ит запросить с него бо́льшую сумму. Этак раза в два. Она и станет достойным приданым.

— Вот-вот, так я и поступлю! Выполню его условие, обогащусь и уеду.

— Во Францию? — вмешался Мартин.

— В Шотландию.

— Куда? — сузил глаза виконт.

— В Эдинбург, — уточнила она.

— Не к тому ли доктору, который приютил вас на ночь? — нахмурился граф.

— У него есть имя! — вспылила Ольга.

Его сиятельство подался к ней, покраснев от возмущения.