— Мартин, я хочу воспитывать твоего ребёнка, от тебя, — тихо и мягко убеждала его Ольга. — У ребёнка будут твои глаза, твои губы, твой ум, благородство, — гладила его руку, с мольбой заглядывая в лицо. — Он будет из рода Бригахбургов. В его венах будет течь твоя кровь, и — не забывай — моя тоже. Ты с чистой совестью сможешь назвать малыша своим наследником. После Стэнли, разумеется.

— С чистой совестью, говоришь? — вышел мужчина из-за стола.

— Да, приму его как своего, потому что он будет частью тебя, а значит и меня. Если ты думаешь об измене, то я сознаю, что в данном случае она не будет иметь места. Это чистая физиология и ничего больше.

— Разговор окончен, душа моя, — подошёл он к жене и поцеловал её в щёку. — Мне ненавистна сама мысль быть с другой женщиной. Ты должна понимать, что всё равно ничего не получится.

— Мартин… — жалобно начала она.

— На днях я видел письмо, адресованное тебе. Из Шотландии, — сменил тему разговора. Всматривался в погрустневшее лицо любимой.

— От Кадди Макинтайра, — подтвердила она, не сомневаясь, что муж прочёл имя отправителя.

Не преминула сообщить:

— Он вдовец, у него двое детей и его мать подыскала ему невесту, — о том, что, скорее всего, свадьбы не будет, она умолчала.

— Благое дело, — заметил Мартин, довольствуясь ответом. Он так и не узнал, встречалась женщина в день бегства из поместья с доктором или нет. С тех пор, как они обвенчались, его это не заботило.

Ольга помнила, как написала письмо Кадди спустя месяц после незабываемых событий. Сообщила о намерении графа Малгри сделать её своей женой по истечении срока траура, и она дала согласие. Пожелала милому доктору удачи и счастья с той, которая обязательно встретится на его пути. Особо подчеркнула, что он всегда может рассчитывать на её дружбу и поддержку. Всегда! Что бы и когда ни случилось.

Он ответил не сразу, где-то через месяц-полтора. Писал о своей работе, погоде, рыбалке, чуть-чуть о детях и ничего о том, удалось ли его матери обручить его с дочерью вождя могущественного клана. Написал, что в любое время протянет ей руку помощи.

Переписка продолжается — дружеская, нечастая и немногословная и Ольга расценивает её, как весточку о том, что они помнят один о другом.

Она взглянула на задумавшегося о чём-то Мартина и вспоминала, как он сделал ей предложение по всем правилам хорошего тона, а она… она после его слов:

— Ты дарована мне небесами. Без тебя я не жил, не знал, что такое не спать ночами, ждать, надеяться, мечтать. Вместе… до последней минуты, до последнего удара сердца, — не по правилам тут же ответила согласием.