Они пытались одурачить меня, и им это почти удалось.

Слезы затуманили мое зрение, и я судорожно вытирала их, чтобы видеть дорогу. Все мое тело было напряжено, и я нервно пристегивала ремень безопасности, вцепившись в руль изо всех сил. Я умела водить машину; я заставила себя получить права, чтобы всегда иметь возможность сесть за руль, если захочу. Но, черт возьми, у меня не было опыта, а в моем нынешнем эмоциональном состоянии…

Что-то мелькнуло среди деревьев, и я вздрогнула, дернув руль, затем мне едва удалось выровняться, прежде чем я врезалась в канаву.

— Притормози, МК, — шептала я себе. — Просто притормози. Тормози, мать твою.

Но сколько бы я ни повторяла себе, что надо притормозить, я не могла заставить свою ногу ослабить нажатие на педаль газа.

Воспоминания и вспышки образов продолжали атаковать меня, заставляя вздрагивать и подпрыгивать. Как будто ящик Пандоры был открыт, и подавленные воспоминания не уйдут, пока я не увижу их все.

Образы моей матери, более счастливой, чем я когда-либо видела ее, и пара сильно татуированных рук вокруг ее талии, его татуированные руки, лежащие на ее животе, когда я наблюдала за ними через полуоткрытую дверь ее спальни.

Но потом появились и более темные образы. Она оставила меня в машине на целую вечность, припарковавшись у тенистого бара в Вест Шэдоу Гроув. Я крадусь, заглядывая в грязные окна и видела, как тощий, покрытый татуировками бандит стоял на коленях, приставив пистолет к голове.

Голубоглазый мальчик, старше меня, оттаскивал меня от окна и кричал, чтобы я убиралась оттуда.

Слезы снова затуманили мое зрение, и у меня заболела грудь, когда я зарыдала.

Фары осветили мою машину, и меня охватил страх. Я превысила скорость, а машина сзади стремительно нагоняла меня.

Может быть, это парни? Может быть. Я могла представить, что у одного из них, вероятно, есть необходимые навыки для подключения машины, и у склада было много машин на выбор.

Вот только у преследующей меня машины были включены дальние фары, что на мгновение ослепило меня, когда я попыталась посмотреть в зеркало. Сильный гул двигателя, слышимый благодаря разбитому пассажирскому окну G-Wagen, был единственным предупреждением, которое я получила, прежде чем машина позади меня врезалась в мой бампер.

Я закричала, когда мой автомобиль рванулся вперед, понимая, что вот-вот потеряю управление. Я вцепилась в руль, пытаясь удержаться на дороге, когда моя задняя часть начала рыскать. Еще один удар другой машины довершил дело.

Руль вырвался из моих окоченевших пальцев, когда колеса зацепились за неровную поверхность обочины, а затем машина неуправляемо полетела в кювет.