— Забирайся!

Она потянулась к замку, и задняя дверь медленно открылась.

— Папа! Папочка! — послышался голос Давида.

В глазах Козырева вспыхнула искренняя радость, и он быстро забрался на заднее сидение к сыну.

— Папа! Как же хорошо, что мы тебя догнали!.. — мальчик повис у него на шее и все никак не хотел отпускать. Боялся.

Когда первые эмоции улеглись, Артур перевел взгляд на Ольгу.

— С чего такая щедрость? Я чую подвох…

— Не зря чуешь, — ее лицо было непроницаемо.

— Скажи, это ты убедила Залесского отозвать обвинение?

— Я.

— В чем причина?

— Я жду от тебя ребенка.

— Ты… что?

— Я жду ребенка, Артур. Можешь мне не верить, но я подтвержу твое отцовство экспертизами. Мой малыш получит долю твоего наследства на законных основаниях.

— Может, ты что-то попутала и ребенок от Залесского? А, мамочка? — зловеще приподнял бровь он.

— Нет, ребенок твой. С Залесским у меня не было близости после того, как он увлекся своей юной пленницей. А вот с тобой была. Я даже сохранила видео нашего маленького безобразия, как ты просил. Когда малыш родится, я сделаю экспертизу, приложу видео, и ты не отвертишься.

— Все не так просто. Наследником станет только тот, кто носит мою фамилию. Тебе придется узаконить со мной отношения, если ты хочешь претендовать на отцовский капитал.

— Прости, но ты совсем не тянешь на роль мужа. Ты несерьезен, Артур.

— И тем не менее, ты оформила опекунство над моим первым ребенком, и носишь внутри второго, — он криво ухмыльнулся. — Какой интересный расклад, не находишь?

— Я соглашусь только в том случае, если у меня будут равные с тобой права.