Внезапно я задумалась, что в конечном итоге случилось с этими леденцами.

— А речь о том, что я бы никогда… никогда не пытался бы быть таким учтивым, если бы вы не врали мне!

Паркер вздохнул.

— О, успокойся.

Я не смогла сдержать хихиканье, когда глаза Романа почти вылезли из орбит. На его лбу опасно запульсировала вена.

— ТЫ ПРОСИШЬ МЕНЯ УСПОКОИТЬСЯ?!

Ой, мамочки. Я сразу же закрыла уши руками, дабы мои барабанные перепонки не лопнули, но все еще могла отчетливо и ясно слышать крики Романа.

— Как я могу успокоиться, если только что выяснил, что один из моих лучших друзей врал мне на протяжении нескольких недель?

— Это не совсем ложь, — произнес мой огромный, живущий своей жизнью рот. — Скорее притворство.

Роман стрельнул в меня даже-не-вздумай-дурить-меня взглядом, и я мгновенно отступила назад, задаваясь вопросом, с каких это пор я стала бояться Романа Фьори.

— И почему именно вы «притворялись»?

На это я могла ответить. Яростно, быстро, я начала рассказывать о навязчивой идеи бабушки свести меня с кем-нибудь и о том, как Паркер оказался в нужное время в нужном месте.

— Серьезно, ты встречал мою бабушку и знаешь, как она пугает, — пробормотала я бессвязно.

Меня прервал громкий хохот Паркера.

— Ты видел ее бабулю? — хихикал он. — Как это произошло?