- Я вообще не понимаю, о чём ты говоришь и чего хочешь. Что за игру ты затеял?

- Я? Разве это я напросился к тебе на работу?

- Это деньги.

- Точно, - щёлкает пальцами, - деньги, как я мог забыть?

- Вряд ли тебе хоть когда-то приходилось сильно об этом помнить.

- Ты обвиняешь меня в том, что…

- Стоп. Я этого не говорила и не обвиняла. Я, скорее, констатировала факты.

- Ты пошла в модели, потому что хотела заработать?

- И поэтому тоже.

- Если бы ты уехала со мной, тебе бы не пришлось в чём-либо нуждаться.

- Быть куклой на верёвочке? Смеёшься? И да, разве ты меня звал?

- Я собирался…

- Конечно...

- Честно говоря, я разочаровался, когда узнал, что ты не добилась больших успехов в модельном бизнесе. Всегда был уверен, что ты очень пробивная, - усмешка.

- Это «очень» меня и сгубило. Плюс одна самодовольная тварь.

- Самарин? Или Эмма?

- Ты так и ждёшь, когда я наконец расскажу правду, верно?

- Верно.

- Самарин. Он с первого дня как-то слишком любвеобильно меня воспринял, вечно подкатывал, а потом нажрался, как скотина, и пришёл забрать воображаемый должок. Он был уверен, что я ему обязана всем. Задрал юбку, - закатываю глаза, подмечая, как кулаки Ника сжимаются, - а потом припёрлась Эммка, грандиозный скандал! И одна виновница - я. Было обидно, когда твоя сестрица поверила им, а не мне. Мы же с ней довольно неплохо общались, когда ты улетел.

Никита пару минут молчит. Смотрит куда-то сквозь меня, но быстро возвращается в реальность. Расслабляется, черты лица смягчаются, а пальцы покоятся на столе в вытянутом состоянии.