Сознание уже помахало ручкой и собралось сбежать, как обернулось и даже встрепенулось на жуткий грохот и отчаянное:

– Елки-палки! Мой коллекционный виски!

Ян тут же отстранился, одернул мою юбку и хмуро уставился на крайне расстроенного Гену. Тот с несчастным видом подобрал с пола кастрюлю, которую, видимо, мыл и, сунув в карман передника полотенце, хмуро уставился на нас.

– Ну что вам стоило еще месяц потерпеть? – и в ответ на наши недоуменные с Яном взгляды пояснил. – Поспорили мы с дедом Сеней на вас. И теперь я должен ему свой двадцатилетний вискарь.

Мы с Яном переглянулись и одновременно начали смеяться. Да так, что я закрыла лицо ладонями, вытирая выступившие слезы, а блондинчик и вовсе уселся на полу, продолжая сжимать одной рукой мои коленки.

– Ген, а ты чего не на работе? – отсмеявшись, хрипло выдавила я.

– Василич поменяться попросил. Ему завтра нужно в город смотаться по своим делам.

Ян весело посмотрел на меня и сделал один единственный вывод:

– Похоже, идея с чаем не была такой уж и плохой.

Ночью пошел снег. Я одиноко лежала в своей постельке под одеялом и гладила мирно сопевшую под боком Мурку. В голове теснилось множество мыслей, и все так или иначе были связаны с одним человеком, который все-таки проводил меня до дома и даже выпил с дедом Сеней рюмку тут же початого под ревностным взглядом Гены вискаря, а потом долго и нежно целовал меня у калитки, прощаясь до утра.

Как ни пыталась отогнать от себя мысли и уснуть, прекрасно понимая, что завтра снова рабочий день, ничего не выходило. И в конец уже отчаявшись заснуть, стала считать воображаемых овечек. На сто пятой, загорелся экран смартфона, оповещая, что пришло сообщение. Провела пальцем по экрану. Сообщение было от Яна.

«Не спишь?» – гласило оно.

«Нет», – мгновенно ответила я.

Похоже, не мне одной не спится сегодня. Оно и понятно – после такого облома фиг уснешь.

Снова загорелся экран.

«Ложись. Завтра трудный день».

Это я и без тебя знаю. Встреча с потенциальными инвесторами. Но вот они-то волновали меня сейчас в последнюю очередь.

Дисплей потух и снова ожил, чтобы заставить мое сердце биться в учащенном ритме. На нем высветилось всего одно слово:

«Люблю».