Вхожу в нашу с Егором спальню, подхожу к кровати и ложусь поверх покрывала. Ничего ведь не случится, если я подремлю полчасика, все равно весь честной народ в лице моей мамы с Николаем Федоровичем, Васи с Беловым, Сони с Зауром, Лены с близнецами, Кирилла со Славой, Кати с Максом и наконец Алины с ее угрюмым Игорем, подтянется только к вечеру. И сейчас я как никогда рада тому, что Ангелина Аркадьевна и Евгений Николаевич все же уговорили нас с Егором принять в подарок небольшую домик в коттеджном поселке в паре десятков километров от города, потому что я слабо себе представляю, как бы вся эта орава поместилась в нашей с Егором городской квартире, и это я еще малышню в расчет не беру.

Нет, все-таки домик — отличное решение.

С этими мыслями я не замечаю, как проваливаюсь в сон. Просыпаюсь, когда чувствую легкие прикосновения к своему лицу.

Открываю глаза, моргаю несколько раз и натыкаюсь на улыбающегося Егора.

— Привет, — произносит тихо.

— Привет, — улыбаюсь в ответ. — Давно ты вернулся?

— Минут пятнадцать назад.

— А Катя где?

— Катя с родителями, помогает готовить оливье, точнее нагло его уплетает за обе щеки.

Я посмеиваюсь тихо, да, это похоже на мою дочь.

— Устала? — спрашивает с легким беспокойством в голосе.

— Немного.

Сажусь на кровати, обнимаю мужа, и так хорошо становится.

— С днем рождения, — шепчу ему на ухо.

— Спасибо, — усмехается, — а подарок будет? — его глаза загораются, руки спускаются на мои бедра.

Боже, столько лет прошло, а он все такой же. Наглый, несносный мальчишка.

— Этот подарок будет ночью, — шлепаю его по ладоням.

— Да? — урчит, словно котяра, — а сейчас тогда что?

Я выбираюсь из его объятий, тянусь к тумбе за телефоном. Снимаю блокировку и, открыв галерею, протягиваю телефон мужу.

Он сначала смотрит непонимающе, хмурится, а потом до него наконец доходит.