– Так, я тебя предупредил. К ней не подкатывать, маленькая для тебя, и так кучу девушек поматросил и бросил,  – старый друг был настроен решительно.

– Да, ладно, за кого ты меня держишь? Я же не специально, — Колдун даже обиделся.

– Не специально он, ну-ну, так я и поверил. Тоже марш отдыхать, но к ней ближе, чем на метр, не подходи.

– Р-р-р-р, — зарычав парень, направился к скамейке и, будто вымеряя ровно метр, сел. – Зануда, – выдохнул, вытягивая ноги. – Классно танцуешь. А ты что, реально «мелкая»?

– Ну, если восемнадцать – это мелкая,  то да, – Инна улыбнулась.

– Фуф, а я думал лет пятнадцать, испугался.

– Чего? Дэна? Да брось, чего его бояться?

– Ну, почему же Дэна. Скорее того, что совсем с ума сошел и на школьниц засматриваюсь, – он глянул на нее таким многозначительным взглядом, что девушка покраснела. – Ладно-ладно, я пошутил, но ты, правда, красивая, – он протянул ей руку. – Станцуем еще?

– С удовольствием, – она вложила руку в его.

– А ну разошлись по разным углам! – тут же рявкнул Денис.

Это уже было слишком.

– Дэн, хватит так меня оберегать! – не выдержала Инна и надулась.

Ну вот чего он ее позорит? Она забрала свою руку у нового знакомого и сложила их на груди, всем видом показывая, что обиделась.

– Поговори мне тут. Колдун, я тебя предупреждаю, обидишь – плохо будет, и брат не поможет…

– Никогда, ни в коем случае! Клянусь защищать, оберегать и хранить, как самое ценное в жизни! – вдруг со всей серьезностью, подняв левую руку и правую положив на сердце, сказал парень.

Но тут же опять вернул свою веселость.

– Дэн, в конце-то концов, я ж не маньяк какой…

– Ну не маньяк, только девушкам от этого не легче, – пробормотал Денис и посмотрел на появившихся из раздевалки людей.

Латиноамериканские танцы посещали пары всех возрастов: и школьники,  и молодежь, и люди за сорок, что вызывали умиление. Разделить группы было легко, но никто не жаловался, поэтому так и оставили.

Дэн не любил этот вид танцев и старался в момент занятий находиться подальше. Не то чтобы не умел танцевать... Он, кажется, умел танцевать все на свете, но этот стиль просто ненавидел. При упоминании отводил взгляд, покусывал губу. Инна, зная об этом, подозревала, что его с латиной связывает нечто, о чем парень предпочитает не говорить.